- Честно?

- Да-да-да!!!

- А папочка опечалится?

- Папочка очень опечалится, если увидит процесс. Но мы попробуем провернуть все до его приезда.

А дальше начинается чистый беспредел, вернее — грязный! Кефир плюхает, рассеивая муку, масло проливается по стенке стакана на стол, молоко выкипает… Высочество же должно участвовать в каждом действе! Это ее первые булочки, в конце-концов.

И пока мы лепим вторую партию авторских кособоких ватрушек, первая успевает немного пригореть — на противень вытекает сахарный сироп. Специфический жженный запах… На каждый «косяк» в моей голове звучат его недовольный саркастический комментарии, словно он присутствует здесь. Мало удовольствия готовить при Величестве. Даже виртуальном.

Только бы не приехал раньше времени!

- Доча… доча… нет!!

Перехватываю летящую чашку, там творожно-сметанная начинка и хороший такой шлепок летит на печь, размазываясь по ней до самого пола.

Высочество несется куда-то, поскальзываясь на этой творожной плюхе, размазывая ее по полу, мука сыпется с нее на пол.

Только бы не приехал…

Так и невроз недолго получить! - нервно усмехаюсь я.

- Куда?! - перехватываю я ее за талию.

- Писать!

Это через ковер в зале.

Не забыть почистить, - ставлю себе галочку.

- Беги, - отпускаю. - Руки потом помой!!

К концу третьей партии краснощекое Высочество наконец-то засыпает на кухонной кушетке. Уработалась стряпуха! Уношу ее в комнату.

Теперь мамина очередь.

Стерильностью на этой кухне теперь и не пахнет. Пахнет булками и жженым сахаром. Уношу булочки на обеденный стол.

Открываю окно. Чем там он все это оттирает до «своего» блеска?

Нижняя секция с моющими средствами закрыта. Отыскиваю скрытую защелку от детей. Это ж надо так её… Изворачиваюсь и открываю. Все средства японские и кроме иероглифов никаких опознавательных знаков.

Хм…

Вот это, - поднимаю я флакон с распылителем, - если я правильно помню, нечто антипригарное.

Забрызгиваю этой пеной плиту и противень. Шипит…

Пару одноразовых толстых салфеток. И…

И только через минуту до меня доходит, что кожу жжет как-то слишком уж.

Черт!!

Бросаю салфетки, включаю воду во весь напор, всовываю руки.

Оооо!!!

Вытаскиваю. Вытираю полотенцем. Оно мягкое, но ощущение как от наждачки.

- Ай-яй-яй…. - хныкаю, тряся бордовыми от ожога руками. - Жесть… жесть...

Щелочь или кислота?!

Еще раз разглядываю этикетку. Никаких подсказок!

Достаю соду и уксус. Пятьдесят на пятьдесят… Рискнуть?

- А что тут происходит?…

И мои обожженные руки даже рядом не стоят с эффектной паузой после. Медленно разворачиваюсь, держа их перед собой.

Величество.

Губы сжаты. Его казалось бы невозмутимый взгляд медленно скользит по всем деталям нашего преступления. И останавливается на моих руках. Невозмутимость тут же слетает в лица.