Условия моего плена смягчились и это придало мне нереальных сил. Я привела себя в порядок, избавилась от впалых скул и изможденного вида. Поскольку мои служанки ежедневно спрашивали, что мне нужно, я решилась попросить у них карандаш, краски и бумагу для рисования. Не знаю, участвовал ли в этом Джаред, но уже на следующий день, мои дни в заточении пошли куда веселее, чем раньше.

Раньше моя боль уничтожала моя, а теперь… каждая ее крупица была отражена на холсте, с помощью карандаша и краски. Все мои картины, которые я написала, будь то абстракции, или морские пейзажи, были пропитаны несчастьем и обидой, от которой мне было необходимо избавиться.

Да, боль, что причинил мне Джаред сильна. Но как говорила мисисс Ллойд, я могу изменить ситуацию, чтобы она не изменила меня… не сломала. Не уничтожила.

Это все, что я могу сделать – поменять отношение к происходящему, вместо того, чтобы целыми днями рыдать на подоконнике и разбивать окна, проклиная Джареда. Так я сделаю только хуже… просто знаю это.

Любимое творчество пошло мне на пользу. Я чувствовала себя такой вдохновленной, такой… женственной. Я предвкушала новую встречу с Джаредом. Я все исправлю. Я больше никогда не буду вести себя, как жертва, которую нужно жалеть.

Потому что я знаю: Джареду не нужна безвольная рабыня. Ему не нужна жена – покорная и доступная. Ему нужна девушка его мечты, девушка, которая будет исполнять все его желания, но не позволит дать себя в обиду и вытирать об себя ноги.

Женщина влияет на мужчину. Направляет его. И лишь от меня зависит, каким Джаред будет со мной. Я знаю это, потому что моя мама так и не смогла направить ни папу, ни Эдварда… первый женился на своей работе, второй – превратился в зверя.

Я начала чувствовать слабый, но долгожданный поток энергии в венах. Словно вернулась к жизни, после долго сна.

Не знаю, что заставило Джареда сжалиться надо мной, но через несколько дней произошло что-то совсем невероятное. В мою комнату вошел Амир и объявил, что я могу теперь передвигаться по саду в его сопровождении. Он сразу предупредил меня, что бежать за пределы резиденции бесполезно, потому что охрана прекрасно выполняет свою работу. К тому же, я прекрасно помнила, что Амир сказал насчет опасностей, которые поджидают меня на улицах Анмара в одиночестве…

И почему-то я знала, что он не врет.

Джаред

Я так надеялся, что работа на семейную корпорацию в Асаде поможет отвлечься от навязчивого желания поехать на виллу на побережье и сначала жестко трахнуть, а потом задушить Меланию Йонсен. И когда отец позвонил мне, сообщив, что дает еще неделю отдыха, продлевая мои свадебные каникулы, я не обрадовался. Скажу больше, я пришел в ярость.