Поцелуй получился совсем не таким страстным, как ему хотелось бы, но он не мог позволить своей порывистости испортить все. Как бизнесмен Рейф знал, что успех всего предприятия закладывается на первом этапе, а это предприятие должно было выгореть.

Сара замерла, пораженная; Рейфу казалось, что ее сердце бьется громче, чем пощелкивает соседская система орошения. А потом она выдохнула — все, что нужно было Рейфу. Мысли о предприятиях мгновенно выветрились из его головы. Чистое желание опалило его. Он запустил пальцы в ее волосы; орхидея упала на землю. Густой сладкий аромат смешался с запахами сада и пробудил воспоминания о цветах, раздавленных их телами в отчаянном объятии много лет назад.

Рейф скользнул пальцами по ее спине, притягивая Сару к себе. Каждое прикосновение усиливало желание сорвать с нее одежду и заново узнать ее оформившееся тело.

Когда она сказала ему, что это место спланировал ее муж, Рейфа преследовала мысль о цветах, которые ей дарил Квентин. Цветы были единственным, чем Рейф мог порадовать Сару, когда они встречались: ради этого ему пришлось смирить свою гордость и перед школой работать в оранжереях Уорта. Вообще-то нанял его садовник, Хуан Родригез, но факта это не меняло: ради Сары по утрам Рейф ворочал навоз. Сначала он хотел просто подарить ей букет на День святого Валентина, но потом увидел, что она без ума от цветов, и решил работать там постоянно.

Тогда он готов был на все, чтобы Сара улыбалась, — но только не на жизнь в этом затхлом городишке."

"Рейф крепче прижался губами к ее губам, когда воспоминания вонзили в него когти. Его пальцы скользнули под край ее шортов, и ее стон породил эхо в нем. Ее ногти впились в его спину — именно так, как раньше. В самый глухой час ночи, когда он позволял себе думать о Саре, он вспоминал эту ее манеру и мечтал, что однажды купит весь город и ее вместе с ним. Однако, вернувшись, он понял, что Сара ничуть не изменилась: ее сердце, принадлежащее этому городу, и ценности, не выходящие за его пределы, все еще невозможно было купить.

Вкус ее губ еще сильнее взвинтил его нервы. Черт возьми, восемнадцать месяцев с момента отъезда он не мог поцеловать другую женщину и сделал это, только узнав, что Сара обручилась с Доббсом — парнем, с которым они учились в одной школе и который никогда не делал секрета из того, что тоже неравнодушен к Саре. Сейчас Рейф стоял в его саду, с его женой, а он сам был мертв, и это ничего не упрощало: Рейф не мог встретиться с Квентином как мужчина с мужчиной и честно отвоевать Сару.

От ощущения шелковистой кожи под пальцами, ее рук на его волосах тело Рейфа пульсировало от желания узнать, что же никак не давало ему забыть ее. Он потянул вверх подол ее майки, провел пальцами по ее спине…

Сара резко отстранилась.