Хотя, ну что он мог придумать? Ее ситуация была безвыходной. И если бы тогда, в самом начале, она была в адеквате, сразу бы это поняла. Но в том-то и дело, что она была не в себе! Ее психика вообще повела себя странным образом. Будто вычеркнув из памяти те ужасные, наполненные болью, страхом и жгучим стыдом минуты. Долгое время, очень долгое… Белка убеждала себя, что это был просто кошмар. Ну, снятся же людям кошмары?!

А потом ее кошмар ожил…

Изабелла до того погрузилась в свои мысли, что чуть было не пропустила звонок. А это могло быть чревато. Дядя звонил редко, но когда это случилось, отвечать нужно было тут же, если, конечно, она не хотела нарваться на его гнев.

– Отец! Как я рада вас слышать…

– Добрый день, Изабелла. У меня важные новости.

– Вот как? – Белка поднялась с кресла и пробежалась пальцами по лицу в неясной тревоге.

– Собирай вещи, завтра у тебя самолет.

– Как завтра? Какой самолет? А как же сессия? У меня экзамены впереди. Зачет вот будет…

– Да какой зачет, вы ее послушайте?! К тебе знаешь какой человек надумал свататься, а она – зачет-зачет!"

"– К-как свататься?

– А вот так. Думал, уж и не пристрою тебя. А вот… Случилось. Так что собирай вещички и сдавай комнату. Данияр тебя встретит в аэропорту.

Данияр – это старший брат.

– Но как же? А моя учеба? Диплом…

– С таким мужем тебе никогда в жизни не придется работать! Зачем тебе какая-то бумажка?

– Я четыре года училась. И к тому же… Я хочу работать. Мы же это обсуждали, отец? Что плохого, если я стану учить детей? – затараторила Белка, чем дальше, тем сильней пугаясь.

– Ладно-ладно. Это не мне решать. Будешь хорошей женой, может, Дауд и позволит…

– Дауд? – голос Белки сорвался, она в ужасе уставилась перед собой.

– Муж твой будущий. Дауд Гатоев. Ты его, наверное, видела на сватовстве Мариам.

«И не только видела», – подумала Изабелла и сильнее сжала в пальцах трубку.

Глава 4

Фокин помчал на обход, а потом его так закрутило, что о сидящей в его кабинете девице он просто забыл!

Бывают такие дни, когда мир будто сходит с ума. И от тебя уже ничего не зависит, старайся – не старайся. Потеряли они мальчишку… Нет, конечно, Гордей понимал, что сделал все возможное, и не его в том вина, что кто-то там наверху решил, будто так надо. Просто порой его жизненный девиз «делай, что должен, и будь что будет» становится слишком шаткой опорой. Наверное, все дело в том, что должен он был невероятно много, а то, что будет – от него зависело далеко не всегда.

Гордей отвернулся от окна, куда уже несколько минут пялился, уставился на сидящего в углу парнишку. Молодой совсем – лет двадцать пять, не больше. Несостоявшийся отец.

– Молодой человек…

– М-м-м? – вскинулся тот. В пульсирующем свете гирлянды, украшающей информационный стенд, его глаза лихорадочно нездорово блестели.