— Видимо, ты сильно злишься, раз начала ругаться, — заметил супруг.

— А разве у меня нет на это повода? — поинтересовалась я в ответ, поставив треклятый канделябр на каминную полку и скрестив руки на груди.

— Давай поговорим, — вздохнул Алмир, отталкиваясь от двери и проходя вглубь комнаты.

— О, надо же, кто-то созрел для разговора, — съязвила я, — Кажется, вчера ты отказывался вести со мной беседы. Так, почему же я должна слушать тебя сейчас?

Вместо ответа на вопрос герцог Гейрлейв приблизился ко мне вплотную, нависая сверху надо мной.

В тусклом свете свечей его зеленые глаза казались практически черными. И что-то было в его взгляде такое, что заставило замолчать. Словно, все задорное веселье улетучилось, оставляя после себя лишь мрачную серьезность и стирая все следы хмеля из его головы.

— Прошу, присядь, — произнес герцог, кивнув на кресло, стоящее позади меня.

Все еще завороженная его странным взглядом, я повиновалась и послушно опустилась на предложенное место. Алмир же стоял боком ко мне, всматриваясь в огонь свечи, словно, он надеялся там что-то увидеть.

Пауза затягивалась. И я уже собиралась поторопить герцога, чтобы скорее отправиться в постель, когда он, не поворачивая головы, неожиданно произнес:

— Давай не будем разводиться?

— Что?

Мне даже на мгновение показалось, что мне лишь послышалось. Но когда супруг повернул голову, глядя на меня неожиданно серьезным и осознанным взглядом, я поняла, что он и впрямь это сказал.

— Ты, должно быть, шутишь, — промолвила я недоверчиво и вгляделась в его лицо в попытках там найти подтверждение своих слов.

— Я серьезен, как никогда, — поспешил разубедить меня герцог, продолжая смотреть на меня своим гнетущим взглядом.

А я пыталась подобрать нужные слова, которые все никак не находились. Не знаю, что привело его к таким мыслям, но выглядит все крайне странно в свете нашей последней размолвки.

— Как ты? С чего бы вдруг? — я сформулировала, наконец, вопрос после небольшой заминки.

— Уже слишком многим стало известно об обстоятельствах нашего брака. И, боюсь, держать это в секрете и дальше мы просто не сможем.

— И только ради этого мы должны обрекать себя на совместную жизнь, которой оба не хотим? — возмутилась я в ответ.

— К тому же, как ты и сказала вчера, леди Олберг уже начала распускать слухи о твоем поклоннике, — продолжил герцог Гейрлейв, не удостоив своим вниманием мои слова, — Если мы разведемся, и этот лорд Дортан все это время будет ошиваться где-то рядом, наши репутации будут загублены.

— А теперь ты предлагаешь остаться вместе ради репутации.