Когда я соглашалась на эту работу, мне и в голову не могло прийти, что мы с Артуром будем так часто пересекаться и что он проявит хотя бы грамм интереса к моей персоне.

Беру телефон и звоню сестре.

- Таня, мне страшно, - говорю, едва услышав знакомый голос в трубке. - Сегодня мы обедали с Артуром, как вдруг позвонила мама. Я посчитала, что будет уместно упомянуть Фёдора и сказать, что он самый лучший мужчина на свете. А теперь я жалею о своем порыве.

Я в двух словах пересказываю, как всё было.

- Милая, - тянет Таня, задумавшись. - Ты ведь сама говорила, что Артур не из тех сумасшедших, которые верят в мировой заговор и заводят досье на всех, с кем когда-либо общались.

- Да, конечно. У него отличный отдел безопасности, который проверяет сотрудников «Уран-групп». К которым я, к счастью, давно не отношусь. Да я и не интересую Артура так сильно, чтобы он нашел время запросить, а потом полистать папку с моей фамилией. Но...

- Через несколько месяцев ваш общий контракт закончится, и вы будете видеться намного реже, - мудрая Таня действует на меня лучше любого успокоительного.

- Верно, - соглашаюсь. - Спасибо за поддержку. Ты ведь знаешь, что я сама не своя каждый раз, когда дело касается Манапова.

- Что и неудивительно. Расскажи еще раз, как он смотрел на тебя? О чем вы говорили?"

"- О пустяках. Он был любезен. Ты знаешь, он умеет производить впечатление что во время работы, что в обычной жизни.

Таня вздыхает.

- Он уникален, Маш. Мы же говорили об этом. В его возрасте руководить бизнесом такого масштаба... Сколько таких людей в нашей стране? Два? Три? В то время, как все нормальные сынки прожигают жизнь и бабло своих миллиардеров-отцов, Артур не просто сохранил бизнес.

- Он его преумножил во много раз. Да, я ему всегда поражалась. Спит всего по четыре часа. И всё успевает. За что ни возьмется.

- Ты посмотри на Федю, ребенок не по годам развитой. Ему еще трех нет, он уже все буквы знает. Скоро читать начнет. Ты родила от гения, сестрица.

- Я знаю, - сжимаю трубку крепче. - Было бы намного лучше, чтобы мы с Артуром больше никогда не увиделись.

После разговора с сестрой мне становится лучше, но сплю я все равно неважно. Если во время беременности я отчаянно желала, чтобы Артур соскучился по мне, бросился искать и узнал о ребенке, после родов свое мнение изменила.

Я ему не ровня, он сказал это прямым текстом. А вот мой сын... Мой Федя. Его копия. Что если сбудется мой самый страшный кошмар, и Артур отнимет у меня ребенка?

Всё оставшееся утро я ругаю себя за то, что пошла на поводу у собственной слабости и согласилась на тот обед с Артуром. Что чувствовала смущение и трепет. Что улыбалась ему. Почему из всех мужчин на планете мое сердце откликнулось именно на чертового гения? И продолжает ускоряться при его присутствии.