"

"Алекс стоял на пороге. Как обычно зеленоватый после перелетов. Тощий. С букетом. Зашел, дверь с грохотом захлопнул. Злой как черт. Швырнул цветы на пол, рухнул на колени, обнял меня и прижался лицом. Я тут же опустилась тоже и обняла его изо всех сил.

— Прости меня, — сказал он.

О боже! Боже!

— И ты меня прости. Я такая сука иногда.

— Давай еще раз попробуем. Блядь, я хочу с тобой прожить всю свою жизнь. Я пиздец идиот. Меня обратно откатывает снова и снова.

Сжала его так крепко, как только могла. Вдохнула запах кожи. Удивительно, как спокойно прозвучал мой голос:

— Изменил, да?

Будто знала, что да.

И в тот момент смирилась. В ту секунду я была готова ему, стоящему на коленях и обнимающему, простить все и начать с начала.

Алекс отрицательно покачал головой.

— Я тебя прощу, если да. Просто скажи мне правду.

— Это дурость была с той телкой, что фотки везде. Ты заблочила, я злился. В реальности ничего не было.

— Остановился?

— Да. Это все херня, только тебе больно сделал. И спровоцировал, да? — Голос был спокойный, однако я понимала, как Алексу сложно.

Он приехал мириться и допускал, что я изменила. Но все равно приехал.

Покачала головой:

— У меня тоже ничего не было. Я просто флиртовала. Мне кажется, если наш брак и разрушится, то только из-за тебя. Потому что я сама такое решение не приму. Я тебя очень люблю. Я постоянно делаю тебе больно, но грань не перейду.

Алекс так громко вздохнул, что у меня душа разлетелась.

— Как хорошо-то. Как легко стало. — Засмеялся. — Я пиздец как переживал.

Мы поцеловались, полотенце упало. Он прижал к себе — мокрую, замерзшую. И мы тут же занялись любовью, чтобы согреться.

Я хотела сказать Алексу, что бросила таблетки.

Честно хотела! Но он так быстро вошел в меня, и это было так сильно нужно и приятно, что я растерялась. Была так счастлива, что он здесь и что не изменил. Появилось четкое осознание, что теперь все будет иначе.

***

Реальность в очередной раз догнала и жестоко проехалась по былым ранам.

Мы с Алексом синхронно переводим взгляд на диван в гостиной. Тот самый, на который Алекс и повалил меня. Он и сейчас стоит в том же самом месте. Я кожей ощущаю его шершавую поверхность, как тогда было, когда Равский жадно брал меня, вдавливая.

Смотрим друг на друга.

Глаза Алекса опасно сужены. А меня окатывает воспоминаниями. Знаю, блин, это мимику досконально! Когда не строит из себя ледяную глыбу.

Во рту пересыхает. Впервые после рождения Дёмы меня бросает в жар. Впервые я чувствую тот самый, будто забытый трепет.

— Надо было остановить тебя и спросить про резинки? — нервно усмехаюсь. — Если бы у тебя с собой совершенно случайно оказались презервативы, я бы умерла от ревности и ужаса!

— У меня их с собой не было, — мрачно произносит Алекс.

— Ты бы за ними побежал?

— Блядь, Ива.