Открытие школы гимнастики — дело хлопотное, но увлекательное. Мне нравится чувствовать себя важной и занятой. Загадывать боюсь, но если все пойдет по плану, то через три месяца я... перережу красную ленточку.

Пока иду на парковку, получаю сообщение от Алекса.

«Ты сидишь или стоишь?»

«Иду! А что случилось?»

«Присядь».

У нашей няни отпуск, и Алекс сегодня один справляется. Тут же перезваниваю. Едва муж принимает вызов, выдыхаю: на заднем плане заливистый хохот Демида. Смех — это лучше, чем плач. И все-таки.

— Вон мама уже звонит! Достукались! — объявляет Алекс громко и пафосно.

Демид продолжает хохотать, Демьян что-то болтает. Я улыбаюсь.

— Алекс, у вас всё нормально?"

"— Конечно, — усмехается он. — Но у нас видео для тебя есть. Сюрприз.

— Приятный?

В ответ он тоже хохочет:

— Офигенный. Щас пришлю, только ты присядь.

— Демид?

— Демид.

— Блин. — Прикусываю губу. — Он хоть в порядке?

— В полном. Не в порядке кое-что другое.

Когда приходит видео, я уже дохожу до машины и плюхаюсь в кресло, предвкушая очередной прикол, который выкинул наш трехлетний младшенький. Наше солнышко, наш лучик света.

Вот вроде одни и те же родители. Разница маленькая. То же самое воспитание, но... дети, не считая внешности, совершенно разные. Если Демьян давал не давал передышки с самого рождения, — бессонные ночи, сверх активность, травмы, экстремальное любопытство, — то Демид его полная противоположность. Совершенно спокойный с самых родов ребенок. Дрых все ночи, просыпался только покушать. Мы с Алексом думали, что нас Вселенная отблагодарила ребенком-подарком за то, что помирились. Все это было до того, как Демиду исполнилось полтора. А потом началось.

Если Демьян, несмотря на всю свою скорость, крайне добрый, покладистый и ласковый мальчик, очень похожий на Алекса, то Демид — это, как говорит муж, Ива, но еще и с яйцами. У него такой характер, который не сломить ничем. Ни уговорами, ни подкупом. Если он решил, то решил, хоть об стену убейся.

Открываю видео. Демьян, подвывая, свободной рукой снимает, как Алекс подстригает ему сломанный ноготь. За кадром Демид требует свой йогурт.

— Сына, сейчас я закончу и тебе достану, — говорит Алекс весело. — Присядь пока.

— Сейчас! Папа! — требует Демид. — Хочу сейчас. Я голодный!

— Потерпи, — произносит Алекс немного строже. — Дёма ноготь сломал, ему больно. Иди глянь, тут мясо наружу.

— Потерпи! — возмущается Демьян. — У меня мясо наружу! Мне палец, может, отрежут! — всхлипывает. — Мама, смотри, что у меня тут! Мама!

На самом деле ничего ужасного, но неприятно, что скажешь. Травмоопасный мальчик он, хотя к пяти годам у Дёмы явный прогресс.

— Я хочу йогурт! — орет Демид.

— Жди, — строго произносит Алекс.

Демид топает ногой, подходит к шторе, хватает ее зубами и дергает что есть силы.