Вернувшись в номер, я купаю Дёмьяна, кормлю и, наконец, укладываю спать.

Сама без сил, но от усталости сна ни в одном глазу.

В полночь мои сообщения Алексу получают статус «доставлено». Он пишет следом: «Собираюсь в аэропорт. Всё ок». Читая эти слова, я выключаюсь.

Сквозь сон, чуть позже, слышу знакомый теплый шепот:

— Ты проснулся? Дём, иди к папе. Тише, тише. Пусть мама поспит. Вымотал мамку вчера, да? Пошли покажешь, как готовить твою кашу. Пошарим по полкам. И... я тебе что-то купил!

Приоткрываю один глаз и вижу, как Алекс забирает Дёму на руки. Окутывает облегчение невероятной силы. Я очень хочу встать и обо всем расспросить Равского. Обнять для начала, конечно. Крепко! И нужно накормить сына: завтраки в нашей небольшой семье всегда ритуалы. С ними я справлялась сама. В каком бы ни была состоянии: болела ли, устала... Я вставала и делала. И тут должна... наверное.

Я закрываю глаза и снова погружаюсь в сон, впервые за годы позволяя себе расслабиться. Ни о чем не переживать.

Глава 44

Просыпаюсь в обед из-за тишины. Она настолько непривычна, что я, не нащупав рядом Демьяна, вздрагиваю, открываю глаза и оглядываюсь.

В номере, помимо всполошившейся меня, лишь мерный шум сплит-системы. Ого, она шумит, оказывается. В компании Демьяна о таких мелочах не задумываешься.

Беру сотовый и пишу Алексу: «Вы где?»

В ответ он присылает фотографию Демьяна, который с важным видом сосет соску.

«Гуляем. Приходи завтракать».

Озаряет вспышка счастья.

«Конечно, пять минут».

«Не спеши».

Легко ему сказать «не спеши», вся моя жизнь — это режим и четкость действий.

Наверное, после рождения Демьяна это мое первое утро в одиночестве. Поначалу теряюсь, не понимая, что делать и с чего начать. Душ принимаю долго, не торопясь наношу косметику. А потом, надев легкое платье, спускаюсь в небольшой сад у отеля. Алекс с Демьяном гуляют вокруг фонтана: сын сидит в коляске и пьет сок, Алекс его катает туда-сюда. Увидев меня, оба улыбаются.

Я улыбаюсь тоже! И ускоряю шаг. Хочется запомнить этом момент навсегда.

— Как ты? — спрашиваю, целуя сначала Дёму в лоб, затем его отца в щеку.

Алекс тут же прижимает меня к себе, его горячие губы касаются шеи в нескольких быстрых, дико приятных поцелуях. Он излучает уверенность, и меня это колоссально успокаивает.

— Хорошо. Правда, — говорит он. Загадочная улыбка растягивает губы.

— Знаю. Я видела презентацию.

Его глаза округляются, брови сходятся домиком. В следующую секунду на лице отражается разочарование такой силы, что я начинаю смеяться.

— Вообще-то я собирался сам все тебе рассказать. Ждал, когда ты проснешься.

— Ты что, — шепчу ему на ухо. — С ума сошел? Если бы я не увидела, как ты их порвал, в жизни бы не уснула. Это было вау. Лучшая твоя презентация.

— Да? — переспрашивает.

Слегка улыбается, расслабившись.