В нее невозможно быть не влюбленным, по крайней мере я давно не представляю себя иначе.

— О-о-о! Вот это признание! К сожалению, наше время истекает, презентация будет закрытой, но, может, вы скажете несколько слов, на какой рассчитываете результат?

— Кто-то из зрителей считает меня классным парнем. Кто-то... последним ублюдком, от которого жди большой беды. Так вот... — Алекс вновь смотрит в камеру и, чуть улыбнувшись, произносит: — Обещаю, сегодня я оправдаю надежды каждого из вас.

Сердечная мышца ускоряет течение крови по венам, я слышу свой пульс. Подхожу к окну. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вид обалденный, но разве ж это имеет значение?

— Ненавижу ждать. Я больше никогда не буду ждать. Боже, я найду нам, Дёма, самого милого и спокойного папу, который будет просто сидеть дома и ничего больше не делать. Ничегошеньки! Да кого я обманываю? Никого я не найду и даже искать не буду. Еще один шанс нам с Алексом... Клянусь, я дам ему этот чертов шанс, только пусть он всех там победит! Только пусть презентация пройдет нормально и с ним ничего не случится.

Демьян категорически отказывается спать, я уж и так его кручу, и эдак. В тот момент, когда сдаюсь и, вымотанная в ноль, выхожу с ним из номера на вечернюю прогулку в сильную жару, сотовый вибрирует. На экране надпись: «Алла Теодоровна».

Глава 43

Я кое-как затаскиваю Демьяна обратно в номер: кабанчик тяжелый, когда просто сидит на руках, а уж если истерит — поднять почти невозможно. Но и я не какая-нибудь там мямля хилая, а без пяти минут олимпийская чемпионка! Тут уж, сыночек, кто кого. И победителем в текущей схватке явно будешь не ты.

— Да? — принимаю вызов. — Дёма, тише. Да тише же ты!.. Алла Теодоровна, здравствуйте!

Демьян пинает входную дверь. Ар-р.

— Что там у тебя за катастрофа, Ива?

— Вечер не задался, но это ничего. Купаться сейчас пойдем... Вы не знаете, что с Алексом?

Она хмыкает:

— Новости у меня кое-какие и правда есть.

— Хорошие? — спрашиваю с надеждой.

— Смотря что ты готова назвать хорошим.

Не могу сказать, что воцаряется тишина: рядом с Дёмой о ней мечтать немыслимо. Но даже в этих условиях я умудряюсь расслышать собственное сердцебиение.

— Я за него очень сильно переживаю.

— Вы помирились?

— Мне жаль, что я втянула вас в свой развод, но я больше не хочу с Алексом ссориться. Дальше мы разберемся сами, это касается только его и меня.

— Уверена, Ива?

— Абсолютно.

— Хорошо. Пришлю тебе короткое видео, Вадим снял на презентации.

— Так а с Алексом что? Он выйдет на связь?"

"— Думаю, нескоро. Ива! Этот шум невозможно терпеть, сделай что-нибудь!

Алла Теодоровна бросает трубку, а я... всплескиваю руками и смотрю на Демьяна. Бессилие связывает удавкой, а на плечи ложится усталость неимоверной силы.