— Что решила делать дальше? — мысленно шепчет кузина, пока для наших наблюдателей звучит уже поток моих вопросов к опальной «принцессе»."

"— Ничего, просто ждать, — спокойно отвечаю, понимая волнения Ив. Она боится, что во мне взыграет человечность, а это грозит глупостями. — Ради мести я была готова расстаться с жизнью в день, когда имперцы решили напасть на дворец. Вот только Матушка-Судьба сделала свой ход и кто я такая, чтобы ей противиться?

Кузина облегчённо опустила плечи. Возможно, она чувствовала вину, ведь именно Ив и её отец незаметно для всех вмешивались в моё воспитание. Теперь кузина боялась, что я пойду на поводу тех эмоций, что им удалось во мне пробудить с помощью тепла, и сосредоточусь на спасении не себя, а пленников.

— Это хорошо, Рейна, — мысленно произносит Ив, но затем взволнованно добавляет: — Но что если оракул…

— Оракул — лишь юная девчонка с горсткой силы, — припечатываю, всё ещё ощущая лёгкое жжение в груди при воспоминаниях о той, кто разрушил столько судеб. — Мы стояли с ней так близко, а она даже ничего не почувствовала. Оракул Мэйвера не одной со мной крови.[2] Она всего лишь одаренный маг.

Серые глаза Ив округлились, и она озадаченно спросила:

— Тогда как такой слабый оракул смог дать настолько масштабное предсказание?

Покосившись на стражников, убедилась, что они не смотрят в нашу сторону, а только слушают и продолжила сдвоенный разговор:

— А было ли это предсказание? — поделилась с кузиной своими опасениями. — Двух месяцев здесь хватило, чтобы понять: Радужный двор отравлен сплетнями, слухами, пересудами и наветами. Наблюдая за этим, меня посетила мысль, а что если за оракулом кто-то стоит? Кто-то кому была нужна наша сила и наше падение?

— Но тогда значит,… нас оболгали, — стоило Ив прийти к таким же выводам, как её мелко затрясло, и она мысленно прошипела: — Из-за чьей-то жадности, из-за чьего-то властолюбия столько семей исчезли в драконьем пламени…

Желая успокоить кузину, сжала её руку через решётку и твёрдо сказала:

— Поэтому я ничего не буду делать. Если вся вина лежит на императоре, то он поплатится в день, когда не обнаружит в тебе спасительной магии. А если это был кто-то из его тени, то он так же познает горечь поражения в этот день. Безумные драконы перестанут слушаться даже самого сильного покорителя. Им станет всё равно кого поливать огнём.

— Делай, как считаешь нужным, — кивнула Ив, а затем пылко посмотрела на меня и продолжила: — И не пытайся спасти кого-то из нас. Иначе они узнают, поймут, что ошиблись и тогда всё будет напрасно.

Да, это именно то, чему меня учили на протяжении жизни. Пока мой дар спит, все служат мне, но на тот день, когда он проснётся, я обязана буду послужить всем.