Глава 40

Пальцы мелко подрагивали, когда Алина пыталась попасть по нужному номеру в списке контактов.

Хотелось думать, что эта дрожь - исключительно от холода, но она знала, что истинная причина - страх.

Страх быть отвергнутой. Ненужной. Нежеланной…

Тот самый страх, что поселился в ней много лет назад и который она так и не сумела вытравить ни из головы, ни из сердца."

"И все же он не мог помешать ей сейчас. Надежда, бьющаяся в груди, слева, была сильнее всех страхов, всех обид, всей боли. А еще - потребность оказаться в надежных материнских объятиях. Единственно надежных, как в итоге оказалось…

От неизмеримого, дикого одиночества, хотелось выть.

Миллион раз за эти дни она порывалась набрать так хорошо знакомый номер, услышать родной голос… И каждый раз мешала гордость, но еще больше - внушенное ей когда-то убеждение, что для мамы она - лишняя…

И все же в глубине души она хотела ей верить. Хотела так отчаянно, что хватило простых слов совершенно постороннего человека, чтобы бросить эту борьбу с самой собой и просто позвонить…

Наконец она нажала на кнопку вызова. Затаила дыхание…

Первый безответный гудок отозвался в сердце мучительным стоном.

Второй - убийственной пыткой. На третьем ей захотелось все бросить, запустить телефоном в дерево от злости на собственную глупость, на то, что поверила напрасным надеждам…

Но тут в динамике раздался голос.

- Алина?

Одно короткое слово - ее имя. А ей от одного его звучания, от того, как мама встревоженно и одновременно - радостно, его произносила, захотелось плакать…

Рыдание сорвалось с губ помимо воли, она на миг захлебнулась в давно сдерживаемых слезах…

- Алина, что случилось?

В голосе мамы был страх.

Ей хотелось успокоить ее, сказать, что все в порядке, но она сумела выдавить лишь одно:

- Мамочка… забери меня, пожалуйста…

* * *Минуты текли мучительно-медленно. Алина пыталась отвлечься, но каждый раз все равно взгляд невольно притягивался к цифрам на экране телефона, и казалось, что прошла уже уйма времени, но по факту - это были считанные мгновения.

Ей было страшно даже сейчас. Все думалось - а что, если мама не приедет? Что, если решит ее проучить, бросить?..

От этих мыслей становилось зябко и холодно.

Опустившаяся на город темь заставляла чувствовать себя еще беспокойнее, еще уязвимее. Пряча подмерзшие руки в карманы куртки, Алина до рези вглядывалась в едва освещенную улицу в ожидании до боли знакомого силуэта. Почти как в детстве…

- Алина!

Мамин голос раздался раньше, чем она успела разглядеть ее фигуру. С души словно свалился камень, стало одновременно так легко и так… стыдно.

Мама спешила к ней со всех ног, словно боялась не успеть. И саму Алину буквально подкинуло ей навстречу…

Она побежала.