Умный Антигон, что-то унюхав, быстро выскользнул из «Приюта валькирий».

– Бедный, старый и больной, я иду на мороз сгребать снег!.. Нет, нет, не надо меня провожать и рыдать тоже не надо! Я знаю, что никому не нужен! Когда я замерзну, не забудьте пнуть мой хладный труп! – напомнил он, просунув в люк голову.

– Договорились! – сказала Ирка.

Кикимор разочарованно скрылся. Он обожал, когда его отговаривают, упрашивают, жалеют, а тут «договорились!» и все дела. Никакой зеленки для уязвленного самолюбия! Было слышно, как Антигон забрался на крышу и топчется там, за отсутствием лопаты сгребая снег ластами. И не факт, что это было хуже.

Багров молчал, ковыряя ногтем каплю смолы на деревянной стене.

– Ты ждешь? – тихо спросила Ирка.

Ирка не смотрела на Багрова, но почувствовала, что он кивнул.

– Моего ответа?

– Твоего положительного ответа! – поправил Матвей. Порой он становился настойчивым, как Буслаев.

Ирка вспылила:

– Багров, тебе надо чаще читать словарь на букву «С»!

– Почему на «С»?

– Потому что слово «совесть» начинается с «с».

– «Сволочь» тоже начинается не с «у»… А сейчас, если не сложно, давай ближе к теме! «Да» или «да-да?» Я бы предпочел «да-да-да-да!».

– Не спеши бодаться с асфальтоукладчиком. Тебе известно, что такое валентность? – спросила Ирка.

Матвей задумался. С химией он дружил очень дистанционно. В те годы, когда он получал общее образование, великий Менделеев еще не принял стратегического решения родиться.

– Нет, неизвестно, – сказал он.

– Тогда я объясню совсем просто, как сама понимаю. Валентность – это когда химическое соединение нуждается в каком-то атоме, например, в атоме водорода. Оно как магнит притягивает его к себе, оно в поиске, оно жить не может без водорода и готово зацапать первый же атом водорода, который попадется на пути. Но когда элемент найден, валентность закрывается, и другой атом водорода – даже будь он в пять раз лучше – может сто лет стучаться в запертую дверь. Он не нужен, потому что пришел слишком поздно. ВАЛЕНТНОСТЬ УЖЕ ЗАКРЫТА. Понимаешь?

Багров внимательно посмотрел на Ирку.

– Прекрасная лекция! Но меня больше умиляет смысл. Когда тебе нужен был водород, пришел Мефодий, да? А я явился вторым и сейчас бодаю лбом дверь? – спросил он.

– Какое это теперь имеет значение? Валентность моей любви закрылась раз и навсегда… Любовь – это вообще не для валькирий. Ты же знаешь наши законы.

Лицо Багрова потемнело. Некромаги не признают препятствий. Они их просто не видят. Есть некромаг и есть цель. А все то, что между некромагом и целью – не более чем пять метров плохо проваренных макарон, которыми попытались связать спящего тигра.

– Чушь какая! «Сердце занято – сердце свободно». Тоже мне: магазин закрывается, приходите завтра! – сказал он с досадой.