И как мне хоть что-то отыскать в этом хламосборнике?!

Подвал оказался завален коробками и ящиками. В центре было посвободнее, и на этом пятачке открытого пространства на столе красовался… гроб. Как только втащили?! Нет, и знать не желаю! Но кем надо быть, чтобы держать в доме такое?

Отчим, увлекавшийся эзотерикой и считавший себя белым магом, тоже обожал нести в дом всякий антикварный хлам, чтобы отшлифовать, покрасить и выставить на продажу. Я выполняла у него функции бесплатной уборщицы и няньки в одном лице. Дядя Кирилл обожал спихивать на меня свои проблемы и делал это с такой же завидной регулярностью, с какой спихивал гору немытых бутылок и колб. Самогон и настойки его производства на магические не тянули, но срок за их изготовление мог однажды прилететь совсем не волшебный. Никогда не понимала, чем отчим мог увлечь мою маму: инфантильный, необязательный, разве что лицо смазливое."

"Не прошло и недели с ее смерти, как в нашем доме появилась белая ведьма и личная помощница господина мага. Ей дядя Кирилл доверял подзарядку кристаллов. Заряжали тут же, рядом, на ритуальном диване. Поэтому я собрала свои вещи и съехала, а через полгода, когда подошло время отпуска, отправилась в Англию.

А ведь мама действительно любила отчима. И отца моего любила, сама так говорила. И что ей дала эта любовь? Смерть от сердечного приступа в сорок лет.

Прикрыв глаза, позволила слезам прочертить дорожки на щеках и сделала несколько глубоких вдохов.

– Да в гробу я видела всех симпатичных мужиков! – бросила в сердцах и уже хотела хлопнуть по крышке гроба, как та вдруг резко откинулась и в абсолютной тишине прозвучало скорбное:

– Увы, все здесь не поместятся.

От собственного визга заложило уши, телефоном шутнику просто чудом не засветила. В последний момент сообразила, что так я лишусь фонарика.

Зловещий фиолетовый огонек, вспыхнувший под потолком, заставил меня удивленно встрепенуться. «Умный дом» в такой развалюхе?

Уже со спокойным интересом посмотрела на любителя черного юмора.

Он оказался хмурым типом повышенной лохматости. Худощавый и недостаточно бледный для правильного вампира, зато с самой что ни на есть вампирской прической: черные как смоль волосы блестящей волной спускались ниже плеч. Мечта, а не волосы. И моя слабость, прямо-таки фетиш. Но тут мужчина склонил голову набок, и моя мечта «поползла», обнажая настоящую короткошерстную шевелюру.

– Точно вампир? – зачем-то решила я прояснить ситуацию. Ведь и так ясно, что вампиров не бывает.

– А что, не похож? – глумливо поинтересовался сюрприз из гроба и попытался принять эффектную позу.

«Туфелька» была явно не по размеру, то есть гроб оказался узковат, из-за чего мужчина едва из него не выпал.

– Нет.