– Это означает, что Кукловода кто-то изучал?

Она сплела пальцы между собой. Снова эмоции? Очень интересно…

– Катенька Френкель. Она писала дипломную работу по Кукловоду. Под моим руководством. Очень талантливая девочка. Лучшая моя ученица. Все были уверены, что она… далеко пойдет, – в голосе Натальи Андреевны гордость смешалась с горечью.

Опять Френкель? Однако в этот раз она не может быть причастна: после больницы чародейка вернулась в тюрьму, где ожидала исполнения приговора.

Недавно состоялся суд, и ее признали виновной в пособничестве в убийствах, участии в преступном сообществе, изготовлении особо опасного оружия, похищениях и многих других более мелких преступлениях.

А вот выдвинутое прокурором обвинение в государственной измене доказано не было. Адвокату удалось убедить присяжных, что Екатерина понятия не имела, что способствует свержению власти.

– Я знаю, что ее признали виновной, – негромко добавила Наталья Андреевна. – Что ее ждет? Каторга? Она написала мне, что ее приговорили к каторжным работам…

– Вы ведете переписку?

Это был неожиданный поворот.

Но ответ на свой вопрос Аверин получить не успел – вездесущий Меньшов незаметно, словно див, оказался возле их стола. В руке у него имелся бокал с чем-то оранжевым. Проректор тоже предпочитает сок?

– Не помешаю? – поинтересовался он.

Аверин только открыл рот, чтобы вежливо объяснить, что предпочел бы продолжить беседу с Натальей Андреевной наедине, но сказать ничего не успел.

– Нет, что вы, – одними губами улыбнулась его собеседница, – берите стул и присаживайтесь. Мы не обсуждаем никаких секретов.

Меньшов поставил бокал на стол, отошел к одному из соседних столиков и взял свободный стул.

И спросил, усаживаясь:

– И о чем же вы говорили, если это не секрет?"

"– О Екатерине Френкель и запретных заклятиях, – максимально вежливо улыбнулся Аверин.

– О, какая интересная тема. Ну, вы, Гермес Аркадьевич, однозначно обратились по адресу. Наталья Андреевна у нас большой специалист по запретным техникам. В нашем Хранилище даже имеются ее творения.

– Одно, – отрезала чародейка, и в ее голосе послышался лед.

– Да? – заинтересовался Аверин.

 – Вы создали заклятие, которое пришлось поместить в Хранилище? Оно настолько опасно?

– Нет. – Наталья Андреевна потянулась к бокалу, допила остаток коньяка и начала оглядываться по сторонам в поисках официанта.

– Не столько опасное, сколько… спорное с моральной точки зрения, я бы так сказал, – ответил за нее Меньшов.

– Ничего спорного, – отрезала чародейка, – оно абсолютно аморально. И там, где оно находится, ему самое и место.

– Неужели? – Меньшов удивленно поднял брови.