С глубочайшим уважением,

Гельмут Вальтер[542], инженер, член КПГ».

Дочитав до конца, Сашка отложил письмо и задумался. Он что-то слышал о парогазовых турбинах и немецких подводных лодках с такими турбинами. Правда, ему казалось, что такие лодки появились лишь в самом конце войны, но… А все же странно: Дениц – подводник, а такую классную приблуду для своих любимых субмарин не разглядел. Ну да и ладно! Такого человека надо в Союз тащить и на «Северную верфь» или в Сормово, или где там у нас подлодки клепают? Нужно срочно сообщить об этом Сталину, и пусть он вызывает мужичка.

Как бы нам это еще оформить правильнее? Нужно говорить со Сталиным. Он протянул руку, когда телефон разразился оглушительной трелью.

– Товарищ Саша?

– Дайде?

Сказать, что Сашка был поражен – ничего не сказать…

– Мне нужна твоя консультация по одному человеку…

– Уже иду к вам, товарищ Сталин…

– …Я думаю, что мы можем смело уступить им Королева в обмен на этого Вальтера. Королев, конечно, талант, но он в основном организатор. Во всяком случае, мне когда-то попались мемуары сына Лаврентия Павловича, Серго.

Он писал, что как ученый Челомей был на голову выше Королева. Да и боевые ракеты в СССР разрабатывались по большей части Челомеем и Янгелем, а не Королевым…

– А как же полет в космос? Есть мнение, что это тоже очень важная задача.

– Так у нас есть Лангемак и Клейменов. Мы же их расстреливать не станем, правда?

– Скорее всего, нет, – Сталин ухмыльнулся в усы. – Зачем расстреливать? Можно посадить в шарашку, а расстреливать… Неэффективно.

– Не понял? – изумился Сашка. – За что их сажать?

– А почему ты меня об этом спрашиваешь, швило? Иди, товарища Кирова спроси.

И товарища Берию. Если есть за что сажать, то они знают…

Сталин откровенно веселился, и Сашка наконец это понял. Он рассмеялся и встал:

– В таком случае я жду приезда этого полезного немца…

Инженер Гельмут Вальтер, написавший в августе письмо в Центральный Комитет КПСС, совсем не ожидал, что реакция последует так быстро. Письмо было доставлено рейсовым дирижаблем в Москву, и после рассмотрения в секретариате согласно инструкции переправлено в Спецотдел.

Примерно через неделю инженеру пришёл ответ на бланке ЦК с билетом на дирижабль Берлин – Москва, бронью в гостинице «Националь» и пропуском в здание ЦК на Старой площади.

Дорога пролетела словно в тумане, и когда Гельмут подходил к зданию, его немного трясло. Дело всей его жизни – и чрезвычайно перспективная разработка! – нуждалось в финансировании и опытной площадке, а Германия, сильно пострадавшая в войне и только-только зализывавшая раны, не могла себе этого позволить. Но Советский Союз – это совсем другое дело.