Я не чувствовала ни усталости, ни токсикоза, ни прочих трудностей. До последних недель ездила на работу, чтобы пообщаться с людьми и разгрузить мужа. В один из таких вечеров, пятнадцатого апреля прошлого года, у меня отошли воды прямо в кабинете.

Дальше был звонок врачу, дорога к роддому. Предвкушение, страх и радость. Даниил Левицкий, мирно сидевший в моём животе все сорок недель, должно быть решил, что я слишком легко отделалась и в больнице показал свой упрямый характер. Целых одиннадцать часов я мучилась от схваток с капельницей в вене. С поддержкой мужа и его верой. Пока врачи не сказали, что у малыша плохо прослушивается сердцебиение и он никак не желает появляться на свет естественным путём. Следом после этого меня увезли в операционную, где сделали экстренное кесарево сечение.

Натан был первым человеком, который встретил нашего Даню и прижал его к груди. Пока я восстанавливалась, он научился ловко менять подгузники, кормить, купать и переодевать сына. Пришлось брать у него уроки.

Смотрю на крошечные сжатые пальчики и причмокивающие губки и думаю о том, что боли и муки стоили всего того, что я сейчас имею.

Даниил безумно похож на отца — просто с ума сойти можно! Те же глаза, та же улыбка. Повадки, характер. С моими мужчинами бывает непросто и даже сложно, но без них совсем невыносимо.

Усилием воли мне удаётся оторваться от сына. Я забираю сумочку, ловлю насмешливый взгляд мужа в зеркале заднего вида и пожимаю плечами. Мол, что такого? Сам часто так делаешь.

Я торопливо иду к аптеке, открывая мессенджер и листая составленный Левицким список лекарств для нашего отпуска. Конечно же, хочется верить, что ничего из перечисленного нам не пригодится.

Прежде чем скрыться за дверью, я оборачиваюсь и вижу, что Натан покидает водительское место. Он достаёт проснувшегося Даню из автокресла и нежно прижимает к себе. Упс, разбудила! Но Нат в любом случае справится. Порой у него получается даже лучше, чем у меня.

В аптеке очередь, я напряженно посматриваю на часы. Кажется, кто-то из покупателей решил пополнить годовой запас медикаментов. Ну-ну.

Когда вижу, что этим покупателем является Скориков, то ненадолго зависаю. В правой руке он держит громадную упаковку с подгузниками, а в левой полупрозрачный пакет с градусником для воды, влажными салфетками, молокоотсосом, термометром и одноразовыми пелёнками. Знакомый список.

Паша отходит от кассы, затем, видимо, вспоминает о том, что что-то забыл купить. Идёт в конец очереди и, взглянув на меня, удивлённо вскидывает брови.

— За мной будешь, — приветливо улыбаюсь ему.

— Присыпку забыл, — растеряно произносит Скориков.

— Бывает.

Паша стоит за моей спиной, но я реагирую на его присутствие совершенно спокойно и ровно. Не так как раньше.