У Шарлотты, без сомнения, есть какие-нибудь недостатки или уязвимые места, но она скорее проглотит гвозди, чем кому-то их откроет. Хотя для его чувств это не имело никакого значения. Он любит ее не за совершенства, а за то, что она была самой собой.

О господи!

Он любит ее.

Он любит ее!

Ну конечно! Она понимала его. Тянулась к нему, не обращая внимания на то, что он отталкивал ее столько раз. Нашла путь к его сердцу, и если сейчас уйдет от него, Пирс ощутит внутреннюю пустоту острее, чем прежде.

Разумеется, понять это он смог только после того, как спалил ее комнату. И унизил Шарлотту в присутствии нескольких человек. И стал причиной того, что самая близкая подруга отвергла ее. И испытал сожаление по поводу несбывшихся желаний этой мечтательной девушки.

Проклятье!

Пирс оперся руками о стол и резко встал. Он человек действия. И не может сидеть просто так и ничего не предпринимать.

Абсолютно заслуженно он упал до уровня грязного ничтожества. Каким-то образом, цепляясь когтями и клыками, ему придется выкарабкиваться наверх. Умолять Шарлотту о прощении, признаться в своем истинном чувстве к ней.

Нет-нет. Нужно все сделать в другом порядке: сначала признаться в своих чувствах, потом объяснить их. Убедить Шарлотту в том, что ему под силу воплотить ее мечты в жизнь, упросить выйти за него… Цветы, наверное, не помешают. Все в таком духе…

Пирс посмотрел на часы.

Уже пять. Плюс-минус. Теперь нельзя отвлекаться на мелочи, потому что ставки, как никогда, высоки. Но даже если ему удастся все подготовить для грандиозной церемонии просьбы о прощении, нет никакой гарантии, что Шарлотта ответит согласием. Существовала опасность, что он уже потерял ее навсегда.

Пирс вытащил манжеты и поправил их. В конце концов, он лучший тайный агент Британии или нет?

Опасность – это то, ради чего Пирс Брэндон живет.

Глава 23

Для Шарлотты все было до боли знакомо.

Музыканты настроили инструменты, кадриль началась… А она вновь осталась стоять у стены. Делия сидела в противоположном углу бального зала, отказываясь смотреть в ее сторону.

По крайней мере сегодня здесь вся семья. Мама болтала, вернее – красовалась в окружении леди Паркхерст и ее подруг, но Диана с Аароном и Минерва с Колином не отходили от Шарлотты.

– Вам не нужно торчать возле меня, – сказала она. – Идите потанцуйте.

– Я не силен в танцах, – уклонился от предложения Аарон.

– Я тоже, – поддержала его Минерва.

Шарлотта повернулась к Колину, который редко отказывался потанцевать.

– Я берегу силы для вальса, – сказал он. – Ты же знаешь, я потихоньку превращаюсь в старую седую развалину. Все наверняка из-за подагры.

Колин кисло улыбнулся. Родня так явно пыталась утешить ее… Она любила их всех за это.

Диана встала рядом и, взяв Шарлотту за руку, пожала ее, ободряя.