Если не ошибаюсь, в Англии существует еще одна роща Астарты — на севере, на Уолле. Доказательств у меня нет, просто очень бы хотелось верить, что настоящая, подлинная роща Астарты находится именно здесь. Что здесь среди деревьев свершались священные обряды».

«Священные обряды… — мечтательно повторила Диана Эшли с отсутствующим видом. — Интересно, как это было?»

«Наверняка что-нибудь неприличное, — заявил капитан Роджерс, почему-то хихикнув. — Сплошной разврат, могу себе представить».

Хейден словно его и не слышал.

«В центре рощи, должно быть, стоял храм, — продолжил он. — Настоящий храм мне, конечно, не по карману, но кое-что мне все же удалось».

В этот момент мы вышли на небольшую поляну, где было установлено нечто отдаленно напоминающее беседку из камня. Диана Эшли вопросительно посмотрела на Хейдена.

«Я нарек это сооружение святилищем, — сказал он. — Святилищем Астарты».

Мы вошли внутрь. В центре, на неотесанном столбе черного дерева возвышалась маленькая изящная скульптура: сидящая на льве женщина с рогообразным полумесяцем на голове.

«Астарта Финикийская, — сказал Хейден. — Богиня луны».

«Богиня луны! — восхищенно вскричала Диана. — Послушайте, а давайте устроим сегодня вечером оргию. С переодеванием и всем прочим! Придем сюда и при свете луны совершим обряд Астарты».

Меня вдруг передернуло, и Эллиот, двоюродный брат Ричарда, обернулся.

«Не нравится, падре?»[6]

«Да, — решительно ответил я, — не нравится».

Он посмотрел на меня с любопытством.

«Но это ведь просто дурачество. Откуда Дику[7] знать, что это и правда священная роща? Ему просто хочется верить во все эти выдумки. Да если даже…»

«Что если даже?..»

«Ну, — он смущенно засмеялся, — вы же, надеюсь, в это не верите? Вы ведь священник».

«По-вашему священники не должны в это верить?»

«Разве можно относиться к таким вещам всерьез?»

«Как вам сказать. Я знаю одно: я вообще-то человек не слишком впечатлительный, но с тех пор как мы вошли в эту рощу, я не могу избавиться от какого-то странного ощущения… предчувствия несчастья, что ли».

Он с настороженным видом оглянулся.

«Да, — сказал он. — Здесь и впрямь что-то не так. Я понимаю, что вы имеете в виду, но, по-моему, это лишь игра нашего воображения. А вы что на это скажете, Саймонс?»

Доктор помолчал с минуту. Затем невозмутимо ответил:

«Мне здесь не нравится. Объяснить почему — не могу. Но не нравится».

В этот момент к нам подошла Виолетта Маннеринг.

«Ужасное место! — вскричала она. — Просто отвратительное! Прошу вас, уйдемте отсюда».

Мы пошли обратно. Оглянувшись, я увидел, что Диана Эшли замешкалась. Она стояла перед святилищем и внимательно разглядывала скульптуру.

День выдался прекрасный, не просто теплый, а даже жаркий, и предложение мисс Эшли было принято единодушно.