Для таких понятен только один язык – язык власти и страха.

Рука, которую я сунула в карман платья, неистово сжала подаренный Нисси деревянный обрубок с изображением дракона. Кажется... только в нем моя единственная надежда.

Я вытащила «печать» наружу и неторопливо раскрыла ладонь.

- Немедленно ставьте меня в покое! – потребовала я из последних сил, и глаза мужчин скрестились на моей руке.

Побледнели все трое сразу, причем тот, кто мне угрожал слишком уж очевидно вздрогнул. Тотчас же отпустил меня, попятился, после чего поклонился и испуганно шепнул:

- Простите, госпожа! Больше ничего подобного не повторится!

Не прошло и минуты, как все трое вылетели из таверны под недоуменные взгляды остальных посетителей.

Я почувствовала, что сейчас просто свалюсь в обморок и поспешно присела. Руки дрожали, голова кружилась.

- Госпожа, вот выпейте... – послышался над головой незнакомый девичий голос. В испуге я подняла взгляд и увидела стоящую надо мной подавальщицу, которая принесла мне травяной чай. – Это поможет вам.

Девушка благоговейно покосилась на «печать», которую я небрежно бросила на столе, и я поняла, что все вокруг действительно знают, что это такое. За этой деревяшкой стояла великая сила и чей-то поистине пугающий авторитет, который прямо сейчас спас мне и честь, и жизнь.

- Спасибо, Нисси… - прошептала я себе под нос и залпом выпила чай.

Так как после случившегося я всё никак не могла прийти в себя, служанка, которую звали Ватья, посоветовала сходить в лекарскую лавку как раз напротив и попросить успокаивающих травок покрепче.

Так как высидеть без дела я просто не могла, то послушалась и вышла из таверны.

Сгущающиеся сумерки откровенно напугали. Я поняла, что имела о жизни вне монастыря весьма скудное представление. Здесь было опасно и жутко. Но на самом деле я не жалела о том, что покинула поместье де Армье. Несмотря на случившееся, не жалела. Мы с Юлианом не настоящие супруги, поэтому он скоро забудет обо мне и найдет себе кого-то другого. А я… приживусь здесь. Не знаю как, но я научусь выживать в этом мире и встану на ноги. Да поможет мне Всевышний!

Укрепившись, я поспешила в лекарскую лавку, в которой всё ещё горели огни.

Помещение встретило восхитительным запахом трав и лекарств. Моя стихия! В монастыре я больше всего на свете любила собирать травы и заваривать сборы. Да и рецепты старушки-колдуньи, всё ещё хранимые в памяти, ждали своего часа для того, чтобы выйти в этот мир…

Хозяин лавки – невысокий сухопарый мужчина в годах - как раз смешивал травы для посетителя, что-то шепча себе под нос. Все ингредиенты были мне хорошо знакомы, и я поняла, что аптекарь готовит лекарство от кашля. Правда, мужчина так сильно щурился, что я догадалась: у него большие проблемы со зрением.