И в тени зеленых лавров

Виллы белые, как снег,

Робко смотрят на центавров

И на их веселый бег.

В окнах спущенные шторы,

Знойный день, ленивый сон,

Роз пунцовые узоры

Обвились вокруг колонн.

XXXIX

Возвратясь верхом в ""Poсcию"",

Вызвав скачкой аппетит,

Дмитрий ""слушая стихию"",

В час обыденный сидит."

"На террасе волн беседу

Он любил внимать один,

Если есть притом к обеду

Устрицы и нектар вин.

Жизни строй в курорте скучен,

Часто даже флирта нет.

По программе день заучен:

Ванна, завтрак и обед, --

День, прописанный врачами,

Гигиены идеал.

Только лунными ночами

Весь курорт наш оживал.

XL

Сумрак набережной сонной

Пробуждался в вечера.

Зноем полдня утомленный,

Шел народ, толпа пестра...

Лавки персов в свете газа,

И дрожал, в стекле горя,

Блеск оружия Кавказа,

Бирюзы и янтаря.

Дамы модные и франты

В белых шляпах и пенсне

Шли, болтая, на пуанты:

В сад, на пляж или к Вернэ.

Ялты сквер и пляж люблю я:

Лунный свет бежит в волне,

И сомнамбулы, флиртуя,

Ходят в сквере при луне.

XLL

На огни любуясь порта,

У Вернэ весь павильон

Наполнял бомонд курорта.

Павильон был освещен.

Там за столиками рядом

Дамы, смех и блеск острот,

И бокалы с лимонадом

Освежал прозрачный лед.

В уголках шептались пары.

Голос говорил мужской.

И огонь чуть тлел сигары.

Но, шумя, прибой морской

Заглушал, катясь далече,

Смех, causerie, живой ответ,

И таинственные речи

Павильонных tete-a-tete.

ХЬП.

Горы спят, и в море дальнем

Корабельный огонек

Смутной грезой, сном печальным

Вспыхнул, бледен, одинок...

Но луна на горизонте,

И Диана через миг

Взглянет там, в Эвксинском понте,

На кокетливый свой лик..

За небесною чертою

Неизвестные края...

К ним дорогой золотою

Полетим, мечта моя!

Там, за морем, свет в Эдеме,

А в горах, где ночь темней,

Ялта дремлет в диадеме

Звезд вечерних и огней.

ГЛАВА ВТОРАЯ

БЫЛОЕ

Was will denn Der auf unserem Ball?

Goethe's ""Faust"", ""Walpurgisnacht"".

My springs of life were poisoned.

T'is to late!

Yet 'am I changed, though still

enough the same

In strength to bear what time can

not abate,

And feed on bitter fruits without

accusing Fate.

""Child Harold's Pilgrimage"",           Byron.

I

Были дни, я знал страданья,

Я надежды схоронил,

Упованья и желанья

В тихом кладбище могил.

Были дни, и сердце больно

В горе тайном слезы жгли...

Все я выплакал... довольно!..

Снам прошедшим -- горсть земли!

Капли слез, что упадали

В ночь бессонную из глаз,

Смеха искорками стали

И блестят, горят, смеясь!

В смехе искреннем -- отрада,

Он для скорбных душ -- елей.

Чтоб не плакать, лучше надо

Нам смеяться веселей.

II

В причитаньях мало проку,

Я судьбе свистать привык,

И показываю року

Непочтительно язык.

Философия простая,

И вселенная с тех пор,

В колпаке своем блистая,

Носит праздничный убор.

Пустота там беспредельна.

В бесконечном и пустом

Звезд, мигающих бездельно,

Блещет огненный фантом.