Сара на самом деле почувствовала себя кошкой во время течки, и ей безумно захотелось поддаться наконец инстинкту и потереться об это сильное тело, провести языком по крепким мышцам, заставить желать себя с такой же ответной силой.

Мужской взгляд впился в ее губы и больше не покидал их. Ноздри непрерывно двигались, а грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Накатившее вожделение сдавило Алеку яйца, а зверь, сойдя с ума, требовал контроля над телом. И лишь ценой невероятного усилия он отвел взгляд, чтобы тут же наткнуться им на набухшие женские соски.

Эти твердые горошинки так четко проступали под футболкой, оттопыривая ткань… Лишившись на пару минут дара речи, Алек чуть не допустил непоправимую ошибку. Очнулся он только тогда, когда женские ладони заскользили по его груди, а у него самого в ответ вылезли когти и начали перестраиваться кости. Понимая, что теряет контроль над собой, он отступил назад и тряхнул головой.

— Какого черта?! — зарычал он.

Сара словно очнулась от сна. Лишившись его тепла, она тут же ощутила холод, поэтому до боли сжала руки в кулаки, только бы не протянуть их к нему.

Позориться еще больше и терять последние остатки гордости девушка не собиралась!

— Это мои слова! Какого черта со мной происходит, а ты ничего не делаешь, чтобы это прошло?! — заорала она.

— Женщина, ты хоть понимаешь, что это не пройдет по мановению пальца? Чтобы течка прошла, мне необходимо трахнуть тебя, находясь в своей второй ипостаси, да еще и сцепиться! Это если именно я подойду тебе, а я все еще не верю, что течка из-за меня. Ты ни с кем больше не зажигала той ночью?

— УРОД! — девушка попыталась замахнуться, но ее ладонь, останавливая, с легкостью перехватили на полпути.

— Красотка, не смей никогда поднимать на меня руку! — зарычал он.

— А то что? — Сара вздернула подбородок.

— Для нас это вызов. А в твоем случае это призыв к тому, чтобы я превратился и хорошенько отодрал тебя!

— Себя е*и, это в вашей, собачьей, природе!

— Девочка, я и так на пределе терпения. Ты явно не понимаешь, на что напрашиваешься. Твои феромоны заполнили каждый уголок этой комнаты, призывая меня превратиться и взять готовую самочку.

А если я тебе не подойду, это будет очень болезненно.

— А то, что сейчас со мной происходит, думаешь, приятно? — отчаянье сквозило в ее тоне.

С одной стороны, она не желала добровольно ложиться и раздвигать перед ним ноги, особенно после того, как он покинул ее прошлой ночью, но в то же время боль, притупленная успокоительным и присутствием самого Алека, снова нарастала, грозя полным уничтожением контроля. Никогда она не сможет забыть, на что это похоже.