— Разве во время беременности позволены такие нагрузки? — Сара ухватилась за последний шанс и последнюю уважительную причину.

— Я созвонился с Эмилией и она разрешила. Беременность у тебя протекает даже лучше, чем у Сони, а твоя сестра брала активное участие в забеге. Доктор не видит особых противопоказаний, хотя это и будет значительной нагрузкой, но в жизни пары оборотня такие моменты присутствуют на постоянной основе.

Девушка тяжело сглотнула и отвела взгляд. Ощущение, что ее приперли к стенке и отвертеться никак не получится.

— Ты побежишь за мной? — с вызовом спросила она, когда эта догадка внезапно озарила ее.

"

"— Конечно. Ты — моя пара. Мой волк будет преследовать только тебя, дабы, наконец, поставить свою метку, — Алек явно не хотел делиться этой информацией, но все равно ответил предельно честно.

— И мы переспим?

— Спаримся. В эту ночь ты будешь моей главной добычей.

От бархатного тона, каким он произнес эти слова, по коже девушки побежали сотни возбуждающих мурашек. Тело моментально потянулось к Алеку, тогда как сердце кровоточило и умоляло взять себя в руки и устоять. Каждая близость с ним отбирала частичку ее души.

Но когда ты ожидаешь, что это взаимно и между вами происходит обмен, ты делишься беспрекословно. В противном случае секс — это просто утоление физических потребностей.

И, осознавая это, Сара невольно сделала шаг назад от мужа. Тот нахмурился. Крылья его носа затрепетали, улавливая аромат ее желания. Тело напряглось, сигнализируя о заинтересованности, а глаза озарил янтарный блеск.

— Ясно. Полнолуние, забег, спаривание… — залепетала Сара, медленно двигаясь к лестнице.

— Ты искушаешь зверя, провоцируешь на преследование, — предупредил супруг, наблюдая за таким трусливым отступлением.

— Я просто хочу пойти отдохнуть, — с максимальной твердостью в голосе произнесла девушка.

— И-ид-ди, — горло задрожало от прорвавшегося рыка, полного предупреждения.

Контроль Алека был на пределе. Зверь не понимал, почему он должен удерживать себя от прикосновений к своей паре. Почему она такая отстраненная, закрытая. Все, что он знал, так это то, что сбегающая от него девушка принадлежит ему, и желал доказывать ей это снова и снова.

Они застыли, уставившись друг другу в глаза.

Притяжение между ними было настолько сильным, что ощущалось на физическом уровне. Даже самые маленькие волоски на теле девушки, казалось, наэлектризовались. И она бы сдалась этому желанию, если бы боль в сердце не была такой мучительной. Сотни противоречивых мыслей раздирали разум, напоминая, какой злобной сукой может быть ревность. Столько видений с участием его бывшей жены, столько сомнений и столько невыплаканных слез… Нет. Она не может уступить.

И это не гордость и не девичья глупость.