Судя по всему, они столько и выпили. Напились его эля и разлеглись в его зале!

Все больше свирепея от этих мыслей, Эмори с решительным видом вернулся в большой зал и, уперев руки в бока, взревел:

— Где моя жена?

Единственным ответом ему явились не слишком успешные попытки каких-то двоих пьяных подняться на ноги. Вконец разъяренный, Эмори снова выбежал из замка и направился на конюшню. Там он схватил ведро, зачерпнул из конской поилки воды и вернулся назад.

Если первая его попытка привлечь к себе внимание не имела успеха, то на этот раз, окатив холодной водой разлегшихся на полу, Эмори добился своего.

Женщины приходили в себя, охая и растерянно оглядываясь, мужчины с проклятиями хватались за мечи. Эмори дождался, когда в зале вновь наступила относительная тишина (все осознали, кто именно их разбудил), после чего произнес тихим грозным голосом:

— А теперь, если вы готовы выслушать мой вопрос, я повторю его: куда исчезла моя жена?

Молчание, которым были встречены его слова, и растерянные взгляды со всей ясностью свидетельствовали о том, что никто из этих людей не знал, где может находиться Эмма.

Он вздохнул и нахмурился.

— Ладно, кто-нибудь из вас знает, что она делает по утрам или куда ходит?

— К мессе.

Это произнесла некрасивая Мод, и Эмори обернулся к ней, вспоминая, что она — личная служанка его жены. Однако едва он открыл рот, чтобы поблагодарить ее, как кто-то из толпы заметил:

— Но ведь отца Гамптера сейчас в замке нет. Так что и мессы не будет.

Мод пожала плечами:

— Ну так ее отслужит епископ.

— Нет, — покачал головой Эмори. — Я заглянул в часовню. Ее там нет. И епископа тоже.

Насупившись, он обвел внимательным взглядом море обращенных к нему лиц в поисках самого разумного и трезвого. Разумеется, ничего подобного обнаружить ему не удалось. И как назло, куда-то пропал Блейк. Эмори обратил на это внимание, еще когда искал жену. Правда, зная о невероятной притягательности друга для женщин, самых различных по положению и возрасту, было нетрудно догадаться о причинах его исчезновения. И действительно, как бы в подтверждение подобного предположения, из-под длинного стола, за которым накануне пировали, показался Блейк. Следом за ним появилась пышногрудая блондинка.

Встав на ноги, его друг с неторопливым достоинством оправил одежду, помог подняться своей подруге и лишь затем повернулся лицом к Эмори.

— А-а, дружище, я вижу, ты проснулся!.. — оживленно проговорил он с таким видом, словно каждый его день начинался с рева Эмори и водяной бани.

— Моя жена пропала!..

Услышав это заявление, Блейк обвел глазами помещение, словно проверяя достоверность его слов, и неуверенно проговорил:

— А может, она в…

— В часовне ее нет. Я уже там смотрел.

— Ну, тогда… — Он напряженно соображал.