Все из-за этой «девственной завесы». Мужчина должен прорваться сквозь нее. Говорят, при этом идет кровь. Иногда много крови!

Нервно сглотнув еще раз, Эмори почувствовал, что на лбу у него выступила испарина. Как вообще сможет он приблизиться к этой хрупкой маленькой девушке с подобным? Это просто невозможно. Он раздавит ее одним своим весом! Пополам разорвет напором своей страсти… Он не сумеет быть с ней нежным, как она того заслуживает, особенно теперь, когда он сгорает от безумного желания овладеть ею. Да-да, сгорает с того момента, как он приподнял вуаль и увидел, какая она хорошенькая девчонка. «Леди!» — мысленно поправил себя Эмори. Его жена — леди, и притом нетронутая!

— Милорд?

Эмори вскинул голову, отрываясь от своих раздумий, и увидел, что жена ласково улыбается ему.

— Это моя… наша комната, — негромко сообщила она.

— А-а… — Он откашлялся и протянул руку к двери. Распахнув ее перед Эммой, он помедлил, перед тем как последовать за девушкой. Ему вдруг пришло в голову, не будет ли пристойнее дать ей какое-то время побыть одной, чтобы проделать все те вещи, которые совершают женщины, готовясь лечь в постель.

Эмма дошла уже до середины комнаты, когда заметила, что муж остановился в дверях. Казалось, Эмори погрузился в глубокое раздумье, с напряженным видом что-то соображая, — Милорд? — окликнула она его.

Новоиспеченный муж поднял на нее глаза, и Эмма с изумлением заметила светившуюся в них неуверенность. Тогда ее осенило: он будет впервые спать с женщиной. Понимание его проблемы наполнило ее душу сладостным теплом и сочувствием. До этого мгновения она пребывала в состоянии лихорадки, воображая, как снова вынуждена будет делить ложе с мужчиной. Хотя она и знала, чего ждать, но все равно от мысли, что придется лечь в постель с незнакомцем, ее трясло. Однако увидев, что Эмори сам испытывает смущение, она почувствовала себя гораздо лучше. В конце концов если он никогда раньше не был в постели с женщиной, то она превосходит его в опытности! А раз так, она должна взять инициативу в свои руки.

— Идите сюда, — мягко проговорила она, протягивая к нему руку. — Все будет хорошо.

Поняв, что девственница-жена старается его успокоить, Эмори недоуменно покачал головой и шагнул в комнату, закрывая за собой дверь. Эмма огляделась вокруг, и взор ее упал на ширму, которую привез ей в подарок Рольф из очередного путешествия.

— Не хотите ли переодеться за ширмой? — спросила она.

— Нет, я в постели обхожусь без одежды.

— Ох! — Эмма слегка покраснела от смущения, но тут же овладела собой и направилась к ширме. — Тогда я воспользуюсь ею, а вы можете раздеться в комнате.

С этими словами она скрылась за расписным щитком, а Эмори, ошеломленно посмотрев ей вслед, стал осматривать спальню.