После катастрофы у Лох-Райан, где погибли две трети всех людей Брюса, в армии осталось менее четырехсот человек.

Многим могло показаться, что война проиграна. Но те, кто так считал, просто не знали Роберта Брюса. Грегор будет бороться рядом с ним, сколько потребуется, даже если они вдвоем останутся в живых.

– Она смогла рассказать что-нибудь полезное? – спросил Маклауд.

Грегор покачал головой.

– Ничего, о чем бы мы сами не догадались. Это были люди Херефорда. – Хотя Лохмабен был частью наследственных земель Брюса в Аннандейле, замок снова очутился в руках англичан, после того как был отвоеван Брюсом в прошлом году. Король Эдуард отдал его сэру Хамфри де Богуну, графу Херефорду, и граф с графиней (одной из дочерей короля Эдуарда) не так давно прибыли занять его. – Девчонка сильно потрясена, даже не смогла сказать, как ее зовут. Только все рыдала, что они убили ее мать и теперь она совсем одна.

Ламонт поморщился.

– Она видела смерть матери.

Грегор мрачно обернулся к нему.

– Да, похоже на то.

– Бедная девочка, – сказал Маклин. – Она слишком молода, чтобы видеть такое.

На лице Маклауда появилось странное выражение. Грегору понадобилось лишь мгновение, чтобы понять, что это сострадание.

– Мне было десять, может, всего на пару лет меньше, чем ей, когда я стал свидетелем изнасилования и убийства своей матери. Я до сих пор помню каждую проклятую секунду.

Никто ни произнес не слова. Очевидно, Грегор был не единственный, кого поразили страдания малышки, они проникли под каменную броню одного из самых грозных воинов в Шотландии, а может, и во всем христианском мире. До того как Маклауд женился в прошлом году на Кристине Фрейзер, Грегор понятия не имел, что Вождь Хайлендской гвардии способен улыбаться.

– Может, у нее поблизости есть родственники? – спросил Ламонт."

"– Нет! – Раздался голос девчонки, и в следующее мгновение она кинулась к Грегору. Ее холодные окровавленные пальцы снова вцепились в его руку, сжимая еще сильнее, если такое было возможно. – Пожалуйста, не оставляйте меня здесь! Они найдут меня и убьют!

– Шшш, – успокоил он, погладив ее по голове. – Никто не собирается тебя здесь оставлять. Но, может, есть место, куда тебя можно отвезти? Тетя? Дядя?

Она яростно затрясла головой.

– Нет у меня никого. Мама – моя единственная семья.

Грегор не стал ее поправлять.

– Как насчет твоего отца?

Ее лицо помрачнело.

– Он умер. – По ее тону Грегор понял, что воспоминания были не из приятных. – У Метвена.

Одно из многих несчастий, выпавших на долю Брюса и его людей в прошлом году.

– Как тебя зовут, малышка?

Она помедлила.

– Катрина.

– А как дальше?

Снова пауза.

– Киркпатрик.

Достаточно обыкновенное имя для клана в этих краях.