Исторические картины по версиям Чикского и Куверского университетов близки, но не идентичны. А вот когда я поковырялся в книгохранилищах военного училища, мне удалось найти там пару дневников, стопку регистрационных журналов спасательного отряда и несколько папок с рапортами руководителей поисковых групп. Тогда непротиворечивая картинка у меня сложилась."

"В общем, в момент переноса сюда попало около восьми тысяч человек, причем примерно четверть из них – в школьных автобусах. Дети и подростки оказались в дикой местности с прихваченными из дома завтраками и кучей всякой всячины в сумках. Тут бы и начались для них лишения и страдания, но к счастью, горные львы, медведи и волки летом по большей части сыты, а злобные ягуары встречаются нечасто. Но главное, на помощь своевременно пришли спасатели.

Крупное вертолетное соединение, собранное для проведения учений по оказанию помощи районам, пострадавшим от наводнения, через считаные минуты после старта потеряло связь с землей, и системы спутниковой навигации отказали полностью. К счастью, в районе Великих Озер, куда их занесло, восстановить ориентацию несложно. Контуры береговой линии были знакомы экипажам, и в районе бывшего Чикаго нашлась удобная для приземления поляна, где к тому же оказались перенесенные туда профессор Кински и друг его детства генерал с редкой фамилией Смит. На рыбалку ехали.

– А профессор был каких наук? – не утерпела Натин.

– Не встретил четкого упоминания ни в одном документе, но сложилось впечатление, что изучал он то ли погоду, то ли землю. Знал до черта всего. Показал, где копать, парни пробили шурф, он чего-то на стенках посмотрел, а потом выдал картину происшествия, что с планетой приключилась. В смысле, что они оказались на ней через много лет, после того как на Земле никто не живет, кроме птичек и зверей. От профессора потом польза была огромная, а вот генерал только указал места, где на случай ядерной войны имелись склады со всякой всячиной.

Правда, ничего путевого в тех захоронках не нашлось – все сгнило и окислилось, бетонные стены так обветшали, что местами позаваливались. Однако подземные резервуары с горючим сохранились неплохо. Только горючее из них где вытекло, где выдохлось, а где на дне в виде смолы осталось. И тогда профессор попросил отвезти его в Скалистые горы в какую-то нейтринную лабораторию. Вход в нее, где были бетонные сооружения, пришлось разбирать, а потом в сплошном камне туннель сохранился отлично.

Забрались в самое сердце горы, а там в стеклянных сосудах какой-то не то керосин, не то бензин, но приготовленный наилучшим образом для самых что ни на есть научнейших целей. И что удивительно – сосуды здоровенные, по несколько сотен литров, и самих их огромное количество.