Диана? Откуда Фредрика могла знать…

– Ты собирался поговорить с ней о Вальтере Лунде и поездке в Копенгаген.

От облегчения Алекс чуть не рассмеялся.

– Насколько я понял, она ничего не знала о поездке. Однако общение дочери с куратором у нее тоже вызывало вопросы. Например, ей показалось странным, что он пришел послушать, как та поет в церкви.

– С Вальтером Лундом связано немало странного, – проговорила Фредрика.

Она рассказала, что ей стало известно от норвежских коллег."

"– Мы должны допросить его, – добавила она. – И Моргана Аксбергера тоже. Нужно выяснить, что происходило вокруг Теа в те годы.

Алекс и Петер переглянулись, поняв друг друга без слов.

– Подождем, пока не разыщем женщину, купившую золотые часы, – медленно проговорил Алекс. – Давайте снова соберемся после обеда и подведем итоги.

– Что-нибудь случилось? – Фредрика насторожилась.

– Поговорим после обеда, – уклончиво ответил Алекс.

Тут в дверь снова постучали, и вошла Эллен.

Она была бледна, руки у нее дрожали.

– Звонили с раскопок, – сказала она именно то, чего все так боялись услышать. – Обнаружили еще один труп.

41Если бы днем не пригревало солнце, Хокан Нильссон, наверное, не выдержал бы жизни на катере.

Ночь была морозная, от сырости кожа стала липкой. Каюта, которую он в свое время построил достаточно небрежно, легко пропускала холодный ночной воздух.

Раньше он даже в шутку не мог вообразить, что придется жить на катере. Суденышко он купил напополам с другом несколько лет назад. Строго говоря, целью его было произвести впечатление на Ребекку – она обожала море. Но она не особо заинтересовалась, а друг вышел из доли уже после первого сезона. Хокан выкупил его часть и оставил катер себе.

Включив мотор на небольшие обороты, он медленно шел через канал Карлберг, глядя на Стокгольм под новым углом зрения, наслаждаясь свежим воздухом и чувством свободы.

На катере он чувствовал себя в безопасности. А в яхт-клубе его ценили за готовность поучаствовать в общественной жизни. Хокан всегда был готов помочь: красил мостки, лакировал пол на веранде главного здания.

Как он желал, чтобы Ребекка разделила с ним ощущения от поездки на катере! Но она держалась в стороне, не хотела участвовать, когда он описывал свои планы на лето.

– Хокан, у нас не те отношения, – заявила она.

Это было летом – до того, как все произошло и она пропала. Наступила осень, а потом зима. А потом Ребекка забеременела.

Она носила его ребенка.

Снимок ультразвукового обследования он нашел случайно, когда пришел к ней в гости в общежитие. Начал спрашивать, что на нем изображено, откуда он взялся. Она вырвала снимок у него из рук, сказала, что его это не касается.

До сих пор не мог он без боли вспоминать, как разъярился тогда.