Мы гуляем еще несколько часов, я успеваю и покормить Леночку пюрешками, и даже предложить одно из них Степану, на что мужчина, смешно и совсем не по мужски смело, открещивается. Он провожает нас к дому, а зайдя в подъезд видно, что он хочет меня поцеловать, но вместо этого смешно щелкает Леночку по носу, затем нежно проводит подушечками пальцев по моей щеке, а после прощается и уходит. А еще спустя десять минут присылает мне сообщение, от которого мои щеки опаляет жаром.

""Мне безумно нравятся наши прогулки с Еленой Прекрасной, и все же я хотел бы украсть тебя у твой воспитанницы, хотя бы на один вечер"".

Я долго думаю, что отвечать и стоит ли вообще, что-либо отвечать. В который раз прокручиваю в голове мысли о том, что мен вообще нельзя общаться со Степаном, а если и общаться, то не назло мужу и… и не обманывать самого Степана. И все же побеждает моя менее разумная сторона, и я просто отшучиваюсь. Пишу о том, что Леночка очень-очень против такого поворота событий.

Больше Степан ничего не пишет, а на следующий день, не сговариваясь мы встречаемся все на той же скамье. Опять гуляем, едим мороженое, смеемся, разговариваем обо всем и в тоже время ни о чем. В этот раз мужчина даже успевает поцеловать меня, сидя на лавочке, пока Лена спит. А после все опять повторяется: быстрое прощание в подъезде и сообщение, почти один в один, как и вчерашнее, на которое я отвечаю практически тоже самое. А потом очередная встреча на лавочке.

И так день за днем…

Видимо Степан выбрал какую-то очень-очень осторожную и не сильно навязчивую тактику. Я это понимаю, так же как и то, чего вообще мужчина хочет от меня, и то, что ему рано или поздно надоест я тоже понимаю.

Но все же… все же я никак не могу прекратить эти встречи. Я ими живу. Я себе их разрешила, пообещав не заходить дальше и серьезнее и будто бы даже угрызения совести больше не чувствовала. Я даже мысли о том, что Степану надо рассказать о Лене откинула куда подальше. Зачем? Зачем ему что-то рассказывать? Ведь и так же все хорошо…

А у меня и правда все было хорошо. Я как тот страус закапываю голову, и даже не в песок, а словно пытаюсь пробурить своей макушкой в бетон, и у меня это мистическим образом выходит — настолько я не хочу ничего видеть и слышать, лишь Степана на своих прогулках с Леночкой, и больше ничего.

Этого уровня общения с ним мне действительно достаточно. Точнее я думаю, что достаточно.

Макс же… С Максом мы так и не общаемся, и теперь я по-настоящему понимаю, что такое жить, как соседи. Прежде мы все же жили хотя бы как приятели."

"Муж не спешит оправдываться или объясняться, я же… я не хочу начинать первая говорить с ним, и когда у меня заканчиваются деньги я занимаю у Майи. Готовлю дома я теперь по минимуму и то только Леночке, сама как и прежде практически не ем.