Если что, нас тут и не было! Сели в машину и педаль в пол…

Связь поддерживали с помощью компактных японских раций с небольшим радиусом действия, которые раздобыли через сирийский Мухабарат. Это вроде как ноу-хау, учитывая размер. В Союзе понятие носимых радиостанций сильно отличалось от настоящего. 1987 год это ещё не девяностые и несмотря на то, что у разведки были свои компактные средства связи, сейчас у нас с этим было туговато.

Конечно, то что нам удалось достать, тоже приходилось прятать, но все же это далеко не тяжеленые Р-159. Докладывались мы используя только комбинации фоновых сигналов. Предварительно пришлось их заучить.

Я ещё вчера закончил осмотр рынка и его границ — ничего необычного, все одно и то же. Строения, палатки, люди. Вернее, толпы людей, местами вообще не протолкнешься. Особенно в до обеденное время. Повсюду стоял галдёж, крики, смех, шум машин… Чего тут только не было на продажу, да только сама продажа почему-то шла вяло. В основном тут закупались челноки с северных провинций.

Все было ровно так, как и должно быть на общегородском рынке. Правда, какая при таких условиях сделка или обмен информацией? Крайне неудобно. Нужна надёжная точка, где не побеспокоят. Отдельный дом? Не вариант — нет в Дамаске простаивающего жилья. А правительственные здания использовать нельзя — везде уши."

"Нет, рынок для такого дела точно отпадает. Про университет мне тоже сразу стало ясно — большой двухэтажный сарай, где от силы человек сто пятьдесят студентов. И тех, большинство снаружи. Ремонт бы здесь провести… Расширить базу! Никакого ограждения, никаких вывесок. И это столица, на минуточку. Условия хуже, чем плохие, в общем, это место тоже отпадает.

Дорога? Неудобно!

Неторопливо двинулся дальше, вдоль дороги и мелких лавок и магазинчиков. Они были примерно того же формата, что и наши торговые палатки с сувенирами, на аллеях ведущих к пляжу по всему черноморскому побережью в пик активности туристов и отдыхающих. Только здесь в основном были продукты, ткани, посуда, выпечка и чай. Фруктов и овощей мало, да и то все завозное. Кроме мандаринов — их сезон уже почти закончен.

Начал чувствовать голод. В воздухе по закону подлости вкусно пахло свежеиспечёнными лепешками — у меня желудок в трубку свернулся. Я с утра не завтракал.

Осмотревшись, отправился в сторону железнодорожного вокзала. Сам не знаю почему туда — где-то там, вдоль платформы бродил Шут.

С той же стороны как раз послышался далёкий гудок — видимо с севера приближался поезд из Хомса. Первый за сегодня. Насколько я понял, последнее время они тут ходили нечасто — в расписании сплошные перебои.

Идти в общем-то не далеко, метров двести. Мимо меня прошествовал Док — тащил свёрнутый в рулон ковер.