Коротким и сильным ударом я выбил оружие у него из рук, затем рывком сбил его с ног. Удар ботинком по лицу, это больно. Иногда так больно, что кому прилетело, теряет сознание. Вот и сейчас, охнув, тот перестал сопротивляться и затих.

— Отлично! Вот и язык!

Не став церемониться с ним, я швырнул его в кабину КамАЗа. К счастью, попал с первого раза.

Шустро влез на место водителя, затем сразу выжал третью передачу и резко стартовал.

Детище Камского автомобильного завода, взревев мощным движком и выпустив в ночное небо облако угарного газа, рвануло с места. Курс я взял именно туда, куда определил ранее своему напарнику… Лишь бы все прошло норм!

Конечно же, движение грузовика не осталось незамеченным и по мне тоже открыли огонь из стрелкового оружия.

Пули застучали по металлу, но я выжал педаль газа до упора, отчего грузовик буквально запрыгал по кочкам, камням и ямам…

Тридцать метров… Пятьдесят.

Сто метров. Черт возьми, да где этот непутёвый напарник? Он же уже должен быть здесь!

А уже через несколько секунд я понял, в чем дело… Окунев всё-таки попался!

Глава 18. Напролом

Ну, как попался… Пока ещё нет!

С той позиции где я сейчас проезжал, а также с высоты кабины КамАЗа мельком заметил, что мой напарник лежал в какой-то неглубокой канаве, а с трёх сторон его постепенно окружали боевики. Видели они его или нет, пока не ясно. Может, тот ранен? Или ногу подвернул?

Странно другое, Окунев почему-то не стрелял, хотя автомат и патроны были при нем… У него как минимум три магазина ещё есть, отстреляться и жёстко обозначить свой настрой возможность есть. Но тот молчал. Какого черта?

— Твою мать! — выругался я, спешно соображая, что делать.

Вообще, военный КамАЗ 4310 это ещё тот полноприводный вездеход — по бездорожью пройдет где угодно. Неважно, холмы, грязь или пустыня. Кабина тогда конечно же не была бронированной, поэтому водитель по сути оставался слабо защищённым. Переть на них напролом может и эффектно, но совсем не эффективно… Из меня решето сделают!

Боевики среагировавшие на отвлекающие маневры Окунева, тоже заметили, что машину угоняют. Слегка растерялись. Расстояние между нами — метров пятьдесят, не больше. Я думал по мне сейчас откроют хаотичный огонь, но почему-то никто не стрелял. А потом понял почему — появился один из трёх оставшихся американских инструкторов, он-то и давал им указания.

И Окунев все еще не стрелял. Черт возьми, на что он надеется? Что его не найдут и он так пролежит все время в канаве?

Наивное и глупое решение. Вероятно, всё-таки ранен. Или может у него патрон перекосило? Песок попал или ещё что… Калашников — автомат надёжный, почти неубиваемый, но форс мажоры все равно иногда случаются.