Окунев практически сразу последовал моему примеру — схватился за автомат и припал на колено, а вот майор растерялся.

По вспышкам в темноте я примерно определил местонахождение противника — по нам били с севера, только с одной стороны. Судя по всему, атакующих было около десятка. Стреляли из разного оружия. Все происходило как-то быстро, хаотично.

Поймав в прицел крайнюю вспышку, я выжал спуск и дал короткую очередь. Секунда, ещё одна очередь. Кажется, готов. Перешел на следующего.

Затем краем глаза обратил внимание, что майор Иванов полностью дезориентирован и растерян. Даже автомат не поднял.

Решительно подскочив к нему, я провёл подсечку, бесцеремонно уронив майора на землю… Ранят же, дурака!

Лицо бледное, глаза на выкате. Губы трясутся, бормочет какую-то ерунду… Твою мать, хороший же командир попался — с таким и в огонь, и в воду можно идти!

Наши бойцы попадав, кто-куда тоже открыли ответный огонь. Вытянулись цепью, стреляли с колен, били прицельно. Молодцы, не растерялись.

Однако с каждой секундой, плотность и интенсивность огня со стороны противника постепенно падала. Но не потому, что у нас защитников не осталось… Причина была в том, что неизвестный противник неожиданно атаковавший нас из темноты, почему-то сам принял решение отступить. Когда я это понял, то удивился — какого чёрта? Почему?

Есть же золотое правило, не уверен, что сможешь закончить, не начинай… А они подорвали бронетранспортёр, открыли хаотичную стрельбу, учитывая что на их стороне был фактор неожиданности, и вдруг отступили…

Я сменил отстреленный магазин, вставил другой и сделав ещё пару очередей, прекратил стрельбу. В этом не было никакого смысла — враг отступил и преследовать его было глупо. Да и нас мало.

— Майор, ты командовать будешь или нет? — послышался яростный крик старшего лейтенанта Окунева.

Но тот сидел на земле и по лицу было видно, что он не в состоянии. Тьфу!

— Отделение, занять укрытия! — громко приказал я. — Не высовываться, быть готовым к повторной атаке!

Повисла тишина. Лишь изредка трещало пламя на горящем неподалеку БТР-80, да валил едкий дым.

— Перекличка, слева направо! - потребовал я.

Нудно было быстро определить и понять, сколько человек осталось в строю. Открыто собираться в кучу нельзя…

— Первый!

— Второй. Третий!

Итого набралось двенадцать человек, из которых трое было ранены. Включая Иванова — лёгкое ранение в плечо. Тот более менее пришел в себя и видимо, уже осознал что он натворил и чем чревато случившееся. По глазам было видно…

— Что думаешь? — спросил меня Окунев.

— Они отступили. Но я не пойму, почему… Не думаю, что это боевики!

— Угу... Что с ним теперь делать? — старлей указал на майора.