Водитель уже отправился на стоянку, чтобы подъехать к выходу из аэропорта. Вейдеманис наклонил голову, чтобы их не услышали даже случайные прохожие:

– Конечно, узнал. Судя по всему, Тарханов будет представлять интересы Льва Давидовича Деменштейна. Известный предприниматель, бизнесмен, по оценкам «Форбса», входит в сотню самых богатых людей России. Интересно, что он родился в шестидесятом году.

– Что в этом интересного? – не понял Дронго.

– Его отец Давид Аркадьевич Деменштейн работал главным инженером крупного металлургического объединения в Челябинске. Они мечтали о мальчике. Первый мальчик погиб в пятидесятом. Родовая травма. Они тогда жили еще в Хабаровске. Потом переехали в Челябинск. Судя по всему, Давид Аркадьевич был толковым специалистом в области металлургии. Потом у них родились еще две девочки, и только четвертым ребенком стал мальчик, родившийся первого августа. Под знаком Льва. Вот они и решили назвать его Львом. Через некоторое время в парткоме Давиду Аркадьевичу сделали официальное замечание. Нельзя называть ребенка Львом Давидовичем, пояснили ему. Ведь так звали Троцкого. Если бы первый мальчик, родившийся на десять лет раньше, выжил, то вполне вероятно, что его родителей просто расстреляли бы или сослали в Магадан. Но в шестидесятом была оттепель. И поэтому отцу посоветовали поменять имя на нейтральное – Борис, Владимир или Аркадий. Отец согласился на Бориса, но дома мальчика всегда звали Львом. Закончилось это тем, что в шестнадцать лет, получая паспорт, мальчик записал свое имя как Лев Давидович Деменштейн. Был уже семьдесят шестой год, и вся эта история с Троцким уже давно никого не интересовала. Вот так он и остался Львом Давидовичем.

– Это есть на его сайте? – усмехнулся Дронго. – Очень своеобразная история. Во всяком случае, много говорит о характере этого бизнесмена.

Машина подъехала, и они оба уселись в салон автомобиля."

"– Есть, – кивнул Вейдеманис, – он, видимо, гордится своим поступком. Тарханов и раньше вел некоторые его дела. Деменштейн считается одним из самых богатых людей в России. Или считался, это как посмотреть. До начала кризиса его состояние оценивалось в четыре с половиной миллиарда долларов. Сейчас, говорят, не осталось и трети. Возможно, и того меньше. Судя по тем фактам, которые удалось узнать, почти весь его капитал сейчас в недвижимости. Акции его металлургических предприятий рухнули до самого низкого уровня. По разным оценкам, он потерял от трех до трех с половиной миллиардов долларов. Хотя не только он один. Они все потеряли.

– Ты уверен, что Тарханов будет представлять интересы Деменштейна?

– Почти на сто процентов.