Я даже помахала издалека миссис Диэлле Морте, которая стояла у входа в свой магазинчик и болтала с кем-то из знакомых. Даже если раньше между ними с Лестером что-то было — пускай. Сейчас я чувствовала небывало сильную связь с сарканом и удивительно чётко осознавала, что для него это огромная ответственность. Другим женщинам рядом с ним места нет.

Тихо мурлыкая себе под нос какую-то песенку, я дёрнула ручку двери лавки мастера Карнаги, но она внезапно оказалась заперта.

Охранники остановились за моей спиной и принялись внимательно наблюдать за тем, как я ищу ключ в ридикюле.

— Какие-то проблемы? — уточнил один.

Я помотала головой.

— Нет! Просто мистера Карнаги, видимо, что-то задержало. Постойте пока здесь. Мы сейчас поедем обратно. Я только взгляну.

Мужчина кивнул и, сложив руки на груди, в грозной позе замер на крыльце, внимательно шаря взглядом вдоль улицы.

Тем временем второй охранник первым вошёл внутрь и осмотрел все помещения. Кажется, всё спокойно. Мне он разрешил войти следом, а сам остался у двери, только внутри. Я неспешно огляделась — полнейшая тишина и обычный для мастера идеальный порядок на прилавках и полках. Может быть, что-то случилось, раз он не открыл лавку вовремя? Надо бы наведаться к нему домой — просто узнать, всё ли в порядке. А то я уже начинаю волноваться!"

"Решив, что ничего не пойму из простого осмотра лавки, я всё же заглянула в мастерскую — там тоже никого не оказалось. Через слегка мутноватое от дорожной пыли окно падал солнечный свет. На столе аккуратной стопкой лежали отработанные эскизы, а у рабочих швейных машинок — заготовки для будущих изделий.

Я прошла чуть дальше, заметив, что открыта форточка — надо исправить!

— Всё в порядке? — спросил охранник из зала. Послышались его шаги.

В этот самый миг кто-то схватил меня за плечо, дёрнул назад, и, прежде чем я успела закричать, в шею мне вонзилось что-то тонкое и холодное.

— Всё будет хорошо, — шепнули над ухом.

Перед глазами всё закружилось, я хотела было что-то ответить, но язык моментально стал ватным. Последнее, что ощутила — как падаю на чьи-то руки.

Очнулась от того, что моё горло буквально слиплось, будто в него залили сладкий сироп. По языку перекатывался приторный вкус, который я никак не могла распознать: ни раз ничего подобного в своей жизни не пробовала. Видимо, это отголоски вколотой мне дряни. То место, куда вонзилась игла, до сих пор саднило.

Я попыталась сглотнуть — и не вышло. Это почему-то привело меня в такой ужас, что я вздрогнула, махнула рукой и, судя по тихому ругательству, выбила у кого-то из руки некий предмет. Сочно звякнуло стекло.

— Спокойнее, миссис Брорнаред, — снова прозвучала ненавистная фамилия.