Сила бежала по рукам, по телу, разносилась с током крови, ею был наполнен каждый вдох легких. Я сама была силой. А сила — мной.

Свет, белый, беспощадный, выжигающий, затопил все вокруг, и я потеряла сознание. А когда очнулась — пустыня исчезла. Вместо нее была улица. Ровная, залитая ярким солнцем. Кадки с цветами стояли по краям и пахло началом лета.

Поднявшись, я побрела вперед и вскоре вышла к Вратам. А перешагнув их, оказалась наконец-то в нашем мире.

Проводник, который отвечал за отправку и прием магов, сверившись с хроносами, сказал, что я была в мире граней всего несколько секунд.

— Символ, — сурово спросил другой маг, в тот день тоже дежуривший у Врат.

— Л-луч, — чуть запинаясь, ответила я.

— Хорошо, через год ждем на факультете алхимиков, — последовал вердикт, и мне протянули браслет и кошель монет.

Первое — метка. Напоминание. Обязанность. Второе — годовое содержание.

Империя ценила своих магов. Даже если те себя — не очень. На то, чтобы чародей полностью слился со своим даром и освоился, давался год. Двенадцать месяцев, которые теоретически оплачивала казна, а по факту чаще всего университет.

И лишь потом обретших силу ждал вступительный экзамен и зачисление. Для тех, кто не сумел сжиться с даром или сдать экзамен, была предусмотрена процедура весьма болезненная — запечатывание. Дикие маги, которые не могли справиться со своей силой, казне обходились слишком дорого. Ведь зверские фантомные боли и искалеченное тело одного — это сущая ерунда по сравнению с сожженным дотла кварталом, когда огненный маг не справился со стихией.

Помнится, в год обретения силы, когда мне и дяде стало понятно, что мой дар по уровню такой же, как и был у матери, — «поток», Моррис на черном рынке раздобыл мне кольцо, частично сдерживающее магию.

При поступлении магомер выдал уровень дара «нить». Экзамены я тоже сдала без проблем. Кстати, не сдать их мог разве что совершенный дикарь, не видевший ни разу в жизни письменных литер.

А вот пять лет обучения были для меня непростыми. И если бы не пряталась в тени первой королевы университета Алекс, не знаю, сумела ли бы я удержаться, не выдав себя.

— Не переживай так. В крайнем случае я найму тебе адвоката. — Слова подруги вырвали меня из воспоминаний.

— Зачем? — удивилась я.

— Не зачем, а для чего. Для защиты твоего диплома, — хохотнула Алекс, довольная собственной шуткой. — Думаю, магистры не оценят. К тому же до этого самого диплома еще год учебы. А вот альв — он уже сейчас. И, если честно, мне так лень за ним ехать…

Последние слова Алекс буквально простонала. Вышло не хуже, чем у смертельно раненного героя легенд — богатыря Онара, погибшего, но спасшего целый город.

— Ладно, мученица, — смилостивилась я. — Твой подселенец спит. Наверное, до утра продрыхнет.