Из пролома дохнуло холодом осенней ночи.

Варлок обернулся, схватил меня одной рукой, другой запуская в жандармов, показавшихся в бывшем дверном проеме, арканом «жнеца боли» и, оттолкнувшись от пола, вылетел в проделанную им дыру.

Такого наглого и громкого побега тюрьма Тетрос за свою историю еще не знавала.

Нам вслед полетели пульсары и огненные шары. Но разве тот, кто каждый день на арене сражается, отбиваясь от преследователей, и побеждает, не сможет от них уклониться? Именно так думала я. Зря.

Беда всегда ждет, когда ее удар окажется самым сильным. И наносит его в тот момент, когда ты уже поверил в чудо.

Тело альва дрогнуло, когда до рыночной площади оставался всего один квартал.

Мы упали на брусчатку рядом с вратами в мир граней: недалеко успели улететь. Наши сплетенные тела перекатились по холодным камням мостовой, и тут же сверху ударило заклинанием. Яркая вспышка, от света которой я почти ослепла. Альв вскочил на ноги и выставил в ответ поток Ронро, способный сровнять с землей целый дом.

— Нари, беги, — бросил из-за плеча Вар, не оборачиваясь. — Прошу, — словно почувствовав что-то, добавил он.

По альву пришелся еще один удар, и он вынужден был выставить еще один щит. Жандармов было много. Слишком много на него одного. Они парили на грифонах, атаковали с земли. Я увидела, как по спине Варлока растекается кровавое пятно."

"— Нари, меня скоро схватят. Продержат в тюрьме, но не убьют: я слишком ценный пленный. — Он говорил уверенно и четко, чтобы я его точно услышала и все поняла. — Спустя пару месяцев дипломаты договорятся об обмене меня на какого-нибудь имперского шпиона. Но это только если я ничего не скажу на допросах. — Он выдохнул и добавил: — Нари. Я выдержу любые пытки, если буду знать, что ты в безопасности. А если начнут шантажировать твоей жизнью… Поэтому беги!

Я сорвалась с места, помчалась под прикрытием его щитов вниз по улице. Туда, где не было еще жандармов. Снова. Как тринадцать лет назад. И опять за моей спиной остался тот, кто мне дорог.

Рев, раздавшийся впереди, покрыл собою весь город. Вздрогнули стекла в окнах домов. Взволновалась под ногами мостовая. Впереди в небо взметнулось пламя, а следом за ним, будто фанфары, — грохот камней.

ГЛАВА 15

Я увидела Его. На черной, как первозданная тьма, чешуе отражались всполохи огня, лобастая голова, увенчанная гребнем, шипастый хвост, кожистые крылья… Все-таки это была не статуя. Дракон. Ныне — живой, молодой, свирепый дракон, пробудившийся ото сна.

Глядя на то, как на меня надвигается гигантская туша, я на миг замерла. Справа — ратуша, слева — брокерский дом. Ни подворотни, ни проулка, куда бы свернуть. Позади — жандармы. А в голове — единственная мысль: «Я не учла массу!» Самая идиотская мысль из всех возможных.