И от этого ещё больнее становилось.

— Придумала очередную пакость? — не поверил муж.

— Нет, — я судорожно вздохнула. — Просто вспомнила, что я тебя полюбила без всего этого… Без квартир, домов… Потому что ты был просто наглым парнем, который обознался. И который дарил эти чертовы эустомы в середине зимы

Мой голос сорвался. В отражении окна девушка прижала ладонь ко рту.

— Не за Италию с ее багетами и блошиными рынками, не за красное море… А просто потому что ты… Ты до сих пор ненавидишь завязывать галстуки… И кофе… Миш, ты варишь отвратительный кофе… — я старалась за смешком скрыть вырвавшийся всхлип.

 — Я полюбила обычного парня на старой Сузуки и мне ничего не надо было. Тогда… И сейчас.

— Прости меня, Алис…

— Я люблю тебя, Миш…

— Я тебя сильнее…"

"Зажатый в пальцах телефон замолчал. Я стиснула зубы, призывая себя к порядку, но не получалось. Хлопнула дверью спальни, пошла вниз. Наткнулась на Анатолия, что с прокурором сидели и братались в кухне. Стащила бутылку минералки и поднялась наверх. Пролетала мимо своей спальни, устремляясь к самой дальней. Без стука вошла и застала Ника на постели с ноутбуком.

Он стянул наушники и уставился на меня. А я, словно ошалев от прилива адреналина, ответила на этот взгляд.

— Уйди и закрой дверь с той стороны, — хрипло выдохнул он. Я обидно усмехнулась и последовала его совету.

Уже стоя в своей комнате, я запоздало смутилась, но все равно не могла объяснить эту свою эскападу. Зачем я пришла к нему? Во мне, что заговорила подруга с ее извечным «если хочешь забыть хахаля, прыгни в руки принцу»? Или я закрыла свой гештальт? Или мне больно и я хочу причинить боль всем окружающим? Что я хотела от Никиты?

Дверь распахнулась от удара.

Облокотившись на косяк, стоял Ник. Меня впечатало в него с силой магнита. Я влетела в его грудь, судорожно зацепилась пальцами за плечи а он… Ответил. Подхватил на руки, заставляя обвить ногами, хлопнул, закрывая дверь…

Он не целовал. Он отвоевывал своё. Грубо, напористо, размыкая мои губы своим языком. Больно сжимал в руках. Я хрипло, ошалело дышала, готовая сорваться в истерику. Его пальцы надавливали на чувствительные точки. Они касались груди, сжимая, отводя платье в сторону. Он прикусывал шею.

— Не закрывай глаза… Не закрывай… Смотри на меня…

И я смотрела.

Было в этом что-то извращённое, целоваться с отрытыми глазами, ловить в его зрачках разгорающееся пламя.

Меня прижали спиной к стене. Меня клеймили поцелуями-укусами. Меня мучили томительным ожиданием. Я психовала, сжимала ноги на его талии сильнее, стараясь приблизился, царапала плечи мужчины, а он поднимая на меня глаза, усмехался и на губах играла улыбка дьявола, что искусил непорочную монашку.

Щелчок пряжки ремня. Ткань нижнего белья в сторону.