Испуганно округлила глаза и, подобрав платье с пола, пискнула:

— На работу опоздаю, мне пора! — я шмыгнула в ванну и в темпе танго натянула одежду. Из-за двери раздался голос:

— Я тебя отвезу…

— Не надо, — я распахнула дверь так, что чуть не приложила по лбу мужчину, — мне ещё домой надо.

Кинула телефон в сумочку и проскочила мимо программиста в коридор. Он следовал за мной и явно не знал как реагировать. Когда я схватилась за задвижку, Ник спросил:"

"— Не хочешь сегодня поужинать?

Это так мило, что он до конца пытается остаться чистеньким в моих глазах. Я чуть слезу не пустила, но вовремя опомнилась, что скорее всего переиграю.

— У меня работы много, — я уже перешагнула через порог, — давай я тебя наберу как освобожусь?

Никита подался ко мне, но я, послав воздушный поцелуй, закрыла за собой дверь. Вот ещё, слюни тут распускать. Как будто я не знала, что этим все закончится. Знала и он знал. И да, подарок был лишним. Без него я бы думала о мужчине с нежной грустью, а так…

Глава 25

А так, я в любом случае не собиралась перезванивать. Да и не смогла бы. Никаких контактов программиста у меня все равно нет.

Машина неслась по утреннему городу. Я подпевала в такт какой-то навязчивой мелодии, что звучала по радио. И была так довольна жизнью, что подозревала великий трындец.

В моем детстве было два значимых человека. Нет три. Первые это бабуля и дедуля, а последний мой отец. Но тот чисто со стороны карательного органа. А вот с пенсионерами у меня были особые отношения. Пока родители строили жизнь и работали, я постоянно пропадала у маминых стариков. Сначала они заботились обо мне, а потом я. Жаль, что недолго. Но не в этом суть.

У бабушки, помимо любви к мимозам, был ещё специфический взгляд на вселенскую справедливость. А именно: если много смеяться-скоро плакать придётся. И вроде бы я не замечала такой патологии мироздания, но радовалась всегда с опаской. Вот и сейчас так хорошо было, что страшно становилось.

Работа не подкинула неприятностей. День шёл в штатном режиме. Правда из-за того, что я бегом собиралась, не позавтракала и пошла на обед вместе со всем офисом. Не смотря на мой талант находить общий язык с людьми, я людей этих стараюсь сторониться.

Это как интроверт при оказии становиться экстравертом. Поэтому впервые за полтора года я завалилась на рабочую кухню в разгар женского девичника, читай перемывания костей вечному: мужикам. Стараясь слиться с пестрыми стенами, а-ля мечта слепого маляра, я втиснулась в самый угол и откуда периодически подглядывала на барышень. Почему-то все толпились и кудахтали вокруг милой девочки Христины. Пухленькая тёплая шатенка то и дело сжимала телефон в руках, хотя его с завидным постоянством пытались отобрать.