Ну и, естественно, сейчас оно алое от солнечного ожога. А завтра, я так подозреваю, будет еще краше. Метнулась в лавку и нашла мазь от ожогов, обработала лицо. Это ж надо было так опростоволоситься. Ужас.

В расстроенных чувствах легла спать. Снились всякие ужасы про дядюшку Поля. То его ограбили с его этими восемью монетами серебром, что он вез старухе. То матушка Беатрис взяла его в заложники из-за отвара, что я приготовила, и пытает, требуя выдать рецепт. В общем, бред снился полнейший. Поэтому утром я проснулась не выспавшаяся и, возможно, с кругами под глазами. Но из-за того, что лицо покрылось корочкой от ожога и мази, я этого так и не увидела. Умылась, обработала снова лицо и, позавтракав, отправилась в огород. Сорняки сами себя не уберут. Прошлась по грядкам с лечебными травами, но там был идеальный порядок, сходила и принесла с реки воды, осторожно полила травки и принялась за овощные грядки. Так сложилось, что овощные грядки полностью перешли под мое управление. Солнце палило нещадно, и я решила сходить и нарвать лопухов, чтобы прикрыть кое-какие лечебные растения. Спустилась к реке, нарвала охапку листьев и поднялась уже обратно к грядкам, когда услышала, что кто-то стучит в двери лавки. Стук стоял такой, что кажется, домишко начал ходить ходуном. Испуганная, что что-то случилось со стариком и мне принесли дурные вести, я рванула к дому и с перепугу, запутавшись в собственных ногах, даже упала, ткнувшись носом в землю. Но отряхиваться и приводить себя в порядок было некогда, потому я лишь глянула, что не задела ни один целебный цветочек, и побежала на звук.

Не успела я проскочить коридор, кухню и распахнуть широко двери лавки, что вели на улицу, как чьи-то грубые лапищи схватили меня и подняли над землей.

— Это дом лекаря Поля Камнене? — на меня уставились два громилы в одинаковых одеяниях. Слуги, что ли, чьи-то? Я нерешительно кивнула, и меня сунули в карету. Я не успела даже чирикнуть. Да что там чирикнуть! Я рта открыть не успела, чтобы пояснить, что Поль Камнене здесь, конечно, живет, но его нет дома. Я стучала по дверце, крыше и притихла, когда в окошко заглянул мордоворот и шикнул на меня. Просто я не трус, но я боюсь. И когда на тебя шикает и велит не шуметь детина с кулаком размером с твою голову, то лишний раз задумаешься: а так ли силен в тебе бунтарский дух. Я прижухла и ждала, когда меня куда-то отвезут, и уж там-то я покажу, что я не Поль Камнене.

Глава 4."

"Ехали мы довольно долго. Я даже вздремнуть успела, и мой желудок напомнил о себе не один раз. Правильно мне бабушка всю жизнь говорила: позавтракай и иди делай дела. Завтрак — самый главный прием пищи в день, а я же, как обычно, пока есть утренняя бодрость, спешу сделать побольше всего полезного для себя и общества, а затрак пропускаю.