Я благодарю его молчаливым взглядом, а потом делаю то, что однажды вычеркнула из своей жизни вместе с другими плохими привычками — начинаю кусать ноготь большого пальца.

Но сейчас это не успокаивает, скорее наоборот — в голову моментально лезут дурные мыси о том, что я могу подцепить какую-нибудь заразу (потому что прямо сейчас не обрабатывала руки антисептиком), что могу случайно сгрызть токсичное ногтевое покрытие и что все это попадет мне в кровь, и…

Я прекращаю названивать Марине и набираю номер Вадима.

— Слушаю, — почти мгновенно слышу в трубке его офигенный бархатный голос.

Мое тело всегда отзывается на него болезненно-щекочущими кожу мурашками в количестве миллиард на квадратный сантиметр кожи.

Зачем я ему позвонила?

Господи, я же зачем-то его набрала! Для этого должна была быть причина, потому что просто так я не позвонила бы ему даже если бы мне оставалась последняя минута жизни. В моей голове мелькнула очень ясная и здравая мысль, почему мне нужно срочно набрать его номер. Не потом, когда приеду, успокою Марину и мне нужно будет отдать кому-то Стасю, а…

— Марина в дрова, — как издалека слышу свой роботический голос. Примерно таким же тоном я надиктовываю список задач на день своей помощнице. — Я не уверена, что смогу попасть в квартиру, но это нужно сделать, потому что Стася с ней. Марина там кучу посуду побила, девочка рядом, я боюсь, что она может покалечиться.

Озвучивать самый ужасный не хочу.

— Блять. — Очень коротко, но так хлестко, что хочется поморщиться от того, как сильно одно единственное слово похоже на профессиональный удар хлыста.

— Я уже почти подъехала. Мне нужно попасть в квартиру, Авдеев. Может быть где-то есть запасной ключ?

— У соседки в сто шестой, — отчеканивает он, и по звукам, сопровождающим его слова, понимаю, что он тоже собирается выезжать. — Я сейчас наберу ее, предупрежу, чтобы отдала тебе ключ.

— Ага, хорошо.

Мы снова не прощаемся и синхронно заканчиваем разговор.

Мой водитель резко тормозит, едва успевая дать дорогу вылетевшему из-за угла мопеду. Громко втягивает воздух через нос, с извинением смотрит на меня в зеркало заднего вида, но я жестом даю понять, что в порядке.

Оставшиеся пять минут дороги едем без приключений. Хорошо что здесь новые жилые комплексы и дорога между домами широкая и ровная, на ней не приходится петлять как в старых двориках.

Я выпрыгиваю около подъезда еще до того, как Михаил заглушит мотор.

Захожу внутрь, бегу по ступеням до лифта. Нажимаю кнопку и от нетерпения притопываю ногой, потому что он как раз едет вверх. Кажется, очень высоко вверх, поэтому плюю на лифт и поднимаюсь пешком.