– Когда? – Голос его охрип от волнения.

– Сегодня, – подумав, ответила я. – Вот возьму сейчас и приеду!

А про себя добавила: «И главное – ничего не анализировать!»

Я быстро оделась: джинсы, кроссовки, майка – по-дачному. Посмотрела на себя в зеркало, взъерошила волосы и улыбнулась: совсем не я, абсолютно другая женщина. А может, это и хорошо?

Подумав с минуту, достала из ящика комода права и ключи от машины. Еще раз бросила на себя в зеркало прощальный взгляд и вышла из дома.

Машина, немного поворчав, завелась. «Обиделась. Совсем я тебя, моя девочка, забросила». Я провела ладонью по приборной панели – как погладила и приказала:

– Вперед!

Машина резво выехала из двора.

Господи! Как я соскучилась по езде! Особенно когда вот так, почти летишь! Будний день, в область пробок нет. Ну, почти нет. Разве для москвичей это пробки? На шоссе даже удалось разогнаться. Я включила музыку и открыла окно. В салон ворвались свежий ветерок и уже вполне подмосковные запахи. Я остановилась на трассе у любимого магазинчика, где всегда был очень свежий и вкусный хлеб, купила батон и целую буханку. От еще теплого хлеба пахло так, что я не удержалась и отломила горбушку.

Вспомнила, как раньше – господи, опять это «раньше»! Никуда от него не денешься! – мы обязательно останавливались здесь и покупали свежий и теплый кирпичик. И еще – уж совсем хулиганили – большую банку густой, деревенской сметаны. Останавливались на опушке и, отрывая руками куски «черняшки», макали его прямо в банку.

И, страшно довольные этим своим «безобразием», веселились и в голос смеялись. Так, без особого повода. Просто потому, что было легко. Свободно было. Хорошо вдвоем. Очень хорошо! Так хорошо, что иногда становилось даже жутковато.

Вкус боли так осязаем, так четок. А вкус счастья я почти забыла…

Перед въездом в поселок я остановилась и откинулась в кресле. Почему-то стало страшно. Мелькнула мысль развернуться и поехать обратно в город. А зачем все это надо? Ведь я почти смирилась, почти успокоилась. А сейчас теребить все по новой? Нет, никак я не угомонюсь! Господи, ведь приказала себе – не анализировать! Просто я очень соскучилась по даче. По террасе, залитой утренним солнцем. По запаху леса, по своим цветам.

И по нему. Уж себе-то можно в этом признаться! Хотя бы – себе.

И еще, интересно, – что во мне сильнее? Гордыня, здравый смысл или любовь? Что победит? Нет, я в любом случае из проигравших. Да и он, кстати, тоже.

И от этого, честно говоря, ни капельки не легче!

Я встряхнула своей обновленной и стриженной головой и въехала в поселок. Лучше бы эта голова обновилась внутри, а не снаружи! Но это гораздо сложнее, прямо скажем.

Притормозила у ворот своего дома, нажала на гудок и вышла из машины. Он появился на крыльце и остановился.