Человек проворно убрал оружие во внутренний карман легкого пиджака, отвел платок от лица, небрежно запихивая в карман, сделал два шага вперед и улыбнулся самым благожелательным образом.

Вот тут-то эмоции и обрушились, как кирпич на голову — несказанное облегчение, нешуточная ярость, все вместе. Мокрым от противного липкого пота был и затылок, не только спина. Выпустив сквозь зубы семиэтажную матерную конструкцию, Смолин сделал шаг вперед (со злостью отметив некоторую слабость в коленках), спросил недобро:

— Ты что, Митенька, умом поехал? За такие шуточки и в торец получить недолго…

И большим усилием воли сдержался — хотелось и в самом деле влепить в пятак с разворота.

Митя Журанков (многолетняя партийная кличка среди своих — Зондер) стоял, покачиваясь с пятки на носок, и никакого раскаяния на его роже не наблюдалось, наоборот, даже присутствовало некоторое удовлетворение. Светлоглазый крепкий блондин, на голову выше Смолина — этакий «характер нордический, истинный ариец», грязным бы сапогом его по роже…

— Точно, Зондер, так и по шее получить недолго, — сказал Смолин сварливо, уже остывая.

Рубашка, впрочем, все так же липла к спине.

— Дядя Вася, — сказал Зондер без тени улыбки. — А будь пушечка настоящая? Убедился, чего стоит жизнь наша непутевая? Копейки одни…

Именно эта серьезность Смолину и не понравилась больше всего. Он присмотрелся — нет, Зондер был трезвехонек, он вообще пил мало и редко, а наркоты тем более сроду не употреблял.

— Остыл?

— Предположим, — сказал Смолин сердито. Шагнув вперед, Зондер совершенно дружески приобнял его за плечи и произнес весело:

— Ну давай тогда на лавочке посидим, потолкуем…

Не сопротивляясь нажиму довольно мускулистой конечности, Смолин сделал несколько шагов к лавочке, и они уселись бок о бок.

Смолин вполне овладел собой, он это чувствовал, вернулся в обычное свое состояние зоркой настороженности, автоматом включавшейся в таких вот ситуациях. Нехорошая была ситуация, ага…

— Как там у классика, дядя Вася? — безмятежно продолжал Зондер. — Человек не просто смертен, а внезапно смертен… Подумай сам: вместо меня мог бы и урод с настоящей пушкой оказаться. Да запросто.

Смолин молчал — по той простой причине, что в иных ситуациях не разговор, а именно глухое молчание начинает собеседника раздражать, нервировать, он на ходу перечеркивает сложившиеся в голове планы, кое-какие преимущества теряет…

Краешком глаза наблюдая за соседом по лавочке, он убедился, что поступил правильно.

Зондер был чуточку ошарашен, не того ждал, определенно…

Достав сигареты, Смолин преспокойно задымил, равнодушно уставясь куда-то в пространство. Преспокойно ждал… хотя нет, не так уж спокойно.