В образе зверя он был не ниже Ричарда.

— Ты мне говоришь, что их я тоже не должен трогать?

— Именно. Мне тоже хочется, но я этого не делаю.

— А почему? — удивился Грегори.

— Потому что друзей не мучают, Грегори, — сказал с порога Мика, вошедший вместе с последней подружкой Ричарда.

Она была примерно моего роста, темно-каштановые волосы до плеч. Одета в светло-синюю юбку и белую блузку с синими цветочками. Сандалии и тщательно отполированные ногти на ногах завершали убор. Она цеплялась двумя руками за руку Мики. Обычно так висят только на своём парне. Оказалось, что есть эмоция, которая пробивается у меня сквозь страх — это ревность.

Какого черта она на Мике виснет?

Она задрожала в дверях, глаза её разбежались, будто она слышала что-то, неслышимое другим.

— Что это? — спросила она шёпотом.

— Страх, — ответил Грегори.

— А! — тихо сказала она и отодвинулась от Мики.

Подошла к нам, уставилась, потом отвернулась. Покраснела, встретила взгляд Ричарда и покраснела сильнее.

Грегори подошёл к ней, навис своим звериным обликом.

— Тебе тоже хочется с ними поиграть?

Она снова посмотрела на нас, и глаза её уже не были человеческими.

Я этот фокус видала тысячу раз, но сейчас завопила. Завопила как туристка, а Натэниел прижался ко мне, будто хотел вылезти с другой стороны. Дамиан лежал у меня на коленях неподвижно, будто страх уже убил его.

— Уведи Клер, — сказал Ричард, и в его голосе послышался первый едва заметный намёк на рычание. — Она слишком новенькая, и если вызвать вот так её зверя, она кому-нибудь кровь пустит.

Я испустила тихий, беспомощный звук.

Мика взял Клер под руку и повёл к двери. Она не сопротивлялась, просто ему приходилось слегка тянуть, а её звериные глаза на хорошеньком личике смотрели на нас.

Она уже не смущалась — ничего не осталось в ней человеческого, чтобы смущаться наготой.

— Что с ними происходит? — спросил Мика.

— Первый мастер Дамиана пытается их убить, — объяснил Ричард.

— Как?

Я не поняла, спрашивает он, как это случилось или как она это пытается сделать.

— Напугав до смерти.

Мика почти уже довёл Клер до двери.

— Как ей можно помешать?

Ричард посмотрел на него:

— Если Анита станет на мне кормиться, а Жан-Клод прискачет на выручку.

Рычащие нотки уже не слышались в его голосе, осталась только усталость и что-то вроде мировой скорби, будто он слишком много видел, слишком много сделал и больше уже ничего не хочет.

Мика и Ричард секунду посмотрели друг на друга, потом Мика слегка кивнул.

— Сохрани всех в живых, — сказал он и вывел Клер в двери.

Она ухватилась за косяк:

— Как они сладко пахнут!

Мика перебросил её через плечо, и это резкое движение застало её врасплох. Она выпустила дверь, и Мика унёс её.