— Пап, что стряслось? Опять проблемы? — он задирает свою лыжную маску наверх, и я неприятно вздрагиваю."

"Ох, нет! Только не это… откуда здесь взялся этот сволочной Колька?..

Его смазливую насмешливую рожу с капризно изогнутыми губами баловня судьбы я узнаю где угодно. Ведь именно он превратил всю мою студенческую жизнь в настоящий ад.

И его стараниями ко мне прилепилось унизительное прозвище «фригидная Снедурочка»!

Я торопливо натягиваю на голову капюшон, отчаянно надеясь, что Колька не успел меня разглядеть. Судя по тому, как равнодушно он держится, шансы сохранить инкогнито достаточно высокие…

— Разобрались уже, не забивай себе голову, — ворчит Сергей Евгеньевич и небрежно мне салютует.

Он лихо срывается с места, и следом за ним сразу же уезжает и его бородатый спутник. А вот Колька, к моей огромной досаде, задерживается и с фамильярной наглостью скидывает мой капюшон. И отодвинуться не спешит, придерживая меня за воротник, словно пленницу.

— Можешь не прятаться от меня, Снедурка, — ухмыляется он мне прямо в лицо. — Я тебя еще в ресторане узнал.

— Пусти! — холодно цежу я сквозь зубы.

— А что, если нет? — пухлые губы ненавистного мажора раздвигаются еще шире, обнажая идеально выбеленные стоматологом зубы, а затем он склоняется ближе, почти касаясь носом моего носа. — Мою покладистость ты должна еще заслужить, девочка…

Ш-шух!

Мы с Колькой инстинктивно оборачиваемся на резкую остановку высокой атлетической фигуры в черно-белом горнолыжном костюме возле нас. Спокойной непринужденностью, с которой он это делает, можно только залюбоваться.

Морозов! Уф-ф… какое облегчение…

— Руки от нее убрал, — тяжелым низким голосом приказывает он угрожающе. — Живо.

Глава 22. Одержимый мажор

В горнолыжном костюме и надвинутой на лоб маске в Морозове сложно узнать первого вокалиста и легендарного фронтмена группы «Морозный клан».

Это становится однозначно ясным, когда Колька — давний завсегдатай популярного среди мажоров рок-клуба «СуРок», — в ответ на посыл его хозяина только самоуверенно ухмыляется. И притискивает меня за плечи к себе еще наглее.

— Не мешай общаться с моей девчонкой, мужик! У нас тут личный разговор, и тебя он не касается.

— Твоя девушка? — холодно повторяет Морозов. — Похоже, у тебя бред. Не путай свои влажные фантазии с настоящей реальностью, молокосос.

Колька начинает внутренне закипать. Это чувствуется по его злобному пыхтению над моей головой.

— Слышь, ты…

Внезапно одна из лыжных палок Морозова взлетает вверх, и ее кончик упирается в ширинку красного мажорского комбинезона. Вот это, что называется, ой.

— Захлопнись, — опасно ласково советует мой босс.