Да, думаешь, плохо быть мещанкой?

Ее внучатая племянница неуверенно кивнула.

– Вот, ты вновь и вновь оскорбляешь меня, деточка. Я есть мещанка и буржуйка. Я командую и требую, чтобы моим капризам притворствовали. Впрочем, вы, моя нелюбезная родня, и так делаете это. И прислуга у меня вышколенная.

«Старая карга», – про себя подумала Нинка, но сама принялась расхваливать кекс, – хорошо хоть, повязка этого свиного рыла, который вечно поддакивает маразматичке, ее не смутила».

Пока Эльза Власовна не видела (в это время она что-то принялась рассказывать о временах своей молодости), Келла под столом принялся писать своей королеве эсэмэску, при этом умудряясь не сводить преданных глаз с пожилой женщины.

– И тогда в шестьдесят восьмом году мы приехали в Великобританию…

Звук пришедшего сообщения, раздавшийся в ее кармане, заставил Нинку вздрогнуть и выронить кусочек торта на белоснежную скатерть, а замолкшую тетушку Эльзу очень нехорошо посмотреть на внучатую племянницу.

– Где твои манеры, позволь спросить? А, ну да, это же ты, о чем я говорю?

– Извините, тетя, – стушевалась блондинка.

– Твои «извините» не помогут моей любимой скатерти стать прежней, – нехорошо посмотрела на коричневое пятно Эльза Власовна.

– Да, Нина, будь аккуратней, – светским тоном вставил Келла.

Нинка поплотнее сжала зубы, заставила себя улыбнуться и произнесла:

– Тетя, я отвезу скатерть в химчистку, не волнуйтесь.

– В таком случае я с ума сойду от беспокойства. Я не смогу доверить эту вещь в твои кривые руки, дорогуша, – не моргнув глазом, заявила тетушка. – Это не просто кусок какой-то дрянной материи, а венецианские кружева ручной работы. Ладно, что теперь… потерянного не вернешь, слушай дальше, дорогой друг, – обратилась она вновь к Келле.

 – Мы приехали в благословенный Лондон, чопорный и тусклый, как и все англичане, и встретились с самим…

«Лучше бы ты там чуму подхватила», – подумала Нинка, умудрившись вытащить свой телефон под столом, и прочла:

«Малышка, мне скучно».

«А я тебе что, клоун первого разряда, придурок?»

Но, поглядывая на родственницу, она напечатала ответ, диаметрально противоположный мыслям:

«Потерпи, скоро пойдем, милый».

Келла ответил быстро. И если у него звук в телефоне был отключен, то светловолосая девушка совсем забыла поставить телефон на беззвучный режим.

Рассказ Эльзы Власовны, которая уже описывала события, произошедшие с ней в Венеции, вновь был прерван новым звуковым сигналом.

– Я смотрю, ты с каждой минутой все более и более взращиваешь свой потенциал хамства и некультурности, – неодобрительно сказала тетушка молодой родственнице.

– Простите, тетя, этого больше не повторится.

– Надеюсь.

«Ух, козел синий, опять подставил», с этими мыслями девушка открыла новое сообщение.