– Нет, ты не прав, я совсем не нравлюсь этому дураку. И терпеть его не могу! Он эгоист до мозга костей! – закричала я, а потом, опомнившись и поймав укоризненный взгляд старушки-пассажирки, сидевшей через кресло, замолчала, переваривая только что полученную информацию, которая была полной противоположной той, что «дал» мне пару дней назад Антоша в порыве вынужденной откровенности.

– Он эгоист, но хочет быть с тобой. Позвони ему сегодня же. Прошу.

– Да ты что? Это он тебе попросил, да? – тщательно контролируя громкость голоса, заговорила я тихонько в телефон.

– Нет, поверь, Кэт, я не буду делать что-то глупое по его просьбе, даже очень настойчивой, – отозвался молодой человек. – Я давно знаю Кея, и знаю, нужно ли его слушать или нет.

– Но зачем тогда ты звонишь, говоришь мне все это? – не понимала я, и это непонимание начинало немного злить.

– Я вижу, как он мучается – сам из-за себя, – задумчиво произнес он. – Я знаю, он тебя достает, но это всего лишь проявление его симпатий. Он эксцентричный человек.

Я тут же вспомнила слова Антона о своем брате. Тот тоже говорил об эксцентричности.

– Симпатий? Позвонить в четыре часа утра – это симпатии? Шантажировать? Унизить или оскорбить – это тоже…

Он вновь мягко перебил меня. И как только у бас-гитариста получается это делать так, что я совсем не обижаюсь на него за это?

– Кэт, Кей – как мальчишка. Дергает девочку, которая нравится ему, за косичку.

– Как-то странно он дергает, не находишь? – обиженно пробурчала я. – Я скоро лысой останусь. Он волосы с корнями выдерет.

А может, обольет голову кипятком – говорят, на ожогах волосы не растут.

– Нахожу. Кэт, но он ждет тебя. Позвони ему.

– Зачем тебе это нужно, Арин? Хочешь, чтобы он бросил Алину? – неожиданно догадалась я, и от этого у меня похолодело где-то в области сердца. Неужели и этот парень любит глупые интриги? Просто не музыкальная группа, а итальянский королевский двор, где мерзавец Кей – король, Келла – его ближайший помощник, а Арин – серый кардинал. Только вот я никак не тяну на фаворитку Его Величества. Вот Алина… Да что же я все про нее думаю?

– Так что там с Алиной? – спросила я недовольно. – Из-за нее?

Арин странно хмыкнул.

– Отчасти. С ней очень трудно… – не пожелал распространяться он на эту тему. – Но есть еще пара причин. Наш солист не может сосредоточиться на музыке. У него проблемы с менеджером. Он устраивает скандалы. Вчера напился. Приехал и напился.

Это что, из-за меня с ним такие чудесные метаморфозы происходят? Что-то не верится мне, будто все это из-за меня. Антон говорил о Кее немного другие вещи."

"– Останови его, Кэт, – продолжал длинноволосый мягким тоном. – Ты можешь. К тому же мне, как его другу, больно на него смотреть. И не только мне.

– Остановить? – воскликнула я.