Они хотят переставлять фигуры как можно быстрее, все время пристают: «Ты еще не идешь?» и играют совершенно без головы. Так кто же научил тебя… ходить? — закончил он не без иронии.

— Мой отец. Ему не с кем было играть, поэтому мне пришлось научиться.

— Вот как? Тогда попробуем сыграть партию. Он принес шахматную доску из слоновой кости.

— Из Ост-Индии, — пояснил он. — Датчане торгуют там. Но предупреждаю тебя, Сесилия, я не собираюсь играть «мягко», чтобы ты выигрывала.

— А я и не надеюсь на такую милость с твоей стороны.

— Хорошо, — с удовлетворением произнес он, не скрывая при этом вздоха по поводу того, что ему предстоит сыграть короткую победную партию.

Пока она расставляла фигуры, восхищаясь каждой из них, он посмотрел на письменный стол и сказал:

— Ты написала письмо. Домой?

— Да, — ответила она и убрала листок. — Хотя мы теперь муж и жена, но я не думаю, что есть необходимость обсуждать это.

— Я и не думал читать его, — коротко и слегка обиженно произнес он.

Сесилия проклинала свою бестактность.

— Извини, — взволнованно произнесла она, и он печально улыбнулся в ответ.

Они поставили шахматную доску прямо посреди огромной постели, устроившись полулежа по обе стороны от нее.

— Ты не хочешь это снять? — сказал Александр, указывая рукой на ее платье.

— Да, конечно же. Как я не подумала об этом? Он подождал, пока она не переоденется в будуаре в кружевную ночную рубашку. Она стянула тесемку на шее чуть туже обычного, почти не оставив никакого декольте. Потом вернулась в спальню.

Александр выразительно посмотрел на нее. «Ты хорошо выглядишь, — говорил его взгляд. — Очень соблазнительно и привлекательно, но не стоило так по-девически стягивать шнурок. Ничто в тебе не соблазнит меня».

Выражение его лица красноречиво говорило об этом.

Они начали игру.

Сделав несколько ходов, Сесилия разгадала его план. Она хорошо знала метод продвижения королевы и одной из пешек. Это был так называемый «школьный мат»: быстрая, безжалостная атака на новичка.

Она легко обнаружила ловушку. Александр не придал этому значения, решив, что она слишком глупа, чтобы обнаружить засаду, что она случайно продвинула нужные фигуры.

После этого он — как это обычно делают те, кому не удалась первая попытка, — сделал ложный ход королевой. Но Сесилия это заметила, она сама много раз пыталась обманывать так отца. Так что эта попытка Александра не вызвала у нее никаких осложнений.

А он продолжал атаку, стараясь разбить ее в пух и прах. Сесилия парировала все удары и не потеряла ни одной фигуры. Чтобы отвлечь ее внимание, Александр, производя рокировку, заметил:"

"— Его Величество говорил про твоего деда, господина Тенгеля. Ты тоже раньше упоминала о нем.