– Туда действительно ведет извилистая дорога от гавани. Думаю, с полкилометра. Там гроты, причалы, небольшой ремонтный цех. Не бог весть какой таинственный объект, но пару субмарин вместить может.

– Я так и думал, – сказал Вадим. – Сочувствую, Юлия Владимировна, но похоже на то, что мы тут бессильны. Большую часть вашей коллекции немцы отправили «Карлом-Теодором» в Румынию. Остальное они могли вывезти на подводной лодке, что, безусловно, надежнее и безопаснее. Если это произошло позавчера, то… – Он не стал продолжать, все и так было ясно.

Женщина побледнела, поискала глазами, куда присесть, и не нашла.

– Ужасно! Как я расскажу об этом Аркадию Петровичу? Он не выдержит таких известий.

– Не рассказывайте, – посоветовал ей Вадим. – Я все понимаю, Юлия Владимировна. Но давайте не будем нервничать раньше времени. Я попробую навести справки. Пока нельзя утверждать, что самое страшное уже произошло.

Глава 8

Полковник Краус частично подтвердил эту информацию. Он мрачно выслушал ряд вопросов, пожал плечами и заявил, что министерство по делам оккупированных земель совместно с СС прорабатывало этот вопрос.

Но при чем тут армейская разведка? У нее иные сферы интересов, другие задачи. Марининский дворец он, разумеется, посещал, даже дважды, поскольку ценит и любит искусство. Что может быть прекраснее германского Возрождения? Альбрехт Дюрер, Ганс Гольбейн Младший, Лукас Кранах!.. Каждый немец гордится ими. Разумеется, немецкая живопись должна находиться в Германии, причем не в какой-нибудь частной коллекции, а в знаменитых музеях, где этими шедеврами могут наслаждаться миллионы простых граждан великого рейха. Да, приказ Розенберга пришел поздно, когда войска противника отрезали Перекоп, а на Черном море прочно обосновалась советская морская авиация. Он лично этими вопросами не занимался, но готов подтвердить, что такая проблема действительно существовала, и германское командование пыталось ее решить."

"В центре удивились, когда капитан снова вышел на связь. Там пообещали собрать разведданные и всю информацию, имеющуюся по этому вопросу.

Примерно через час радист из армейского отдела СМЕРШ отправил Сиротину сообщение. Советская резидентура в ялтинском порту работала неплохо.

Устраивать диверсии в строго охраняемой зоне было проблематично, но информацию агенты собирали.

Теплоход «Карл-Теодор» действительно второго дня вышел из ялтинского порта и взял курс на город Констанцу. Ему удалось пройти примерно 110 морских миль, после чего он был атакован звеном советских штурмовиков «Ил-2».

Летчики по понятным причинам не знали, что везет судно. Красных крестов на палубе не было. Несколько раз самолеты заходили на цель, сбрасывали бомбы, поливали теплоход из пушек и пулеметов.