Парень покосился на фальшивого немецкого офицера, исчез в надстройке и через несколько секунд вытащил второго. У обоих были свернуты шеи.

Охранникам, караулившим катер, крайне не повезло. Борис не церемонился. Он сбивал их с ног точными ударами кулака, а потом, пока они пребывали в беспамятстве, откручивал им головы. Избавляться от тел в окрестностях Ялты было опасно. Сейчас же поблизости не было никаких судов.

Вадиму пришлось помочь хорошему человеку. Они подтащили тела к борту, сбросили их в пучину. Щербина деловито глянул вниз, убедился, что мертвецы не лезут обратно, удовлетворенно кивнул.

– Как там Юлия Владимировна? – поинтересовался Вадим."

"– В порядке, герр гауптман, – с ухмылкой ответил Борис. – Немного утомлена неизвестностью, отчасти морской болезнью, чуток – вот этими ребятами, которых мы с вами упокоили. Но в целом держится. Она сильная женщина. Если хотите, передам ей привет. – Щербина засмеялся.

– Сам передам, – проворчал Сиротин и на время поменялся с Щербиной местами.

Девушка скорчилась в глубине рубки. Она имела очень бледный вид. Вадим понимал, какие чувства ее обуревают. Его и самого слегка подташнивало. Но Юля действительно держалась молодцом.

– Только не спрашивай, как я себя чувствую, – предупредила она. – Это самый глупый вопрос в мире. Все ясно и понятно. Еще минутку посижу, потом пройду с тобой на палубу. Там меня вывернет наизнанку.

– Не хотелось бы прерывать ваше приятное общение, товарищ капитан, – прокричал Мищук. – Но обратите внимание на шхеры по курсу. Мы скоро подойдем к ним. Объект примерно в трети мили за скалой Лотос.

Эта самая скала виднелась в синеватой дымке. Она была неплохим ориентиром, выше прочих вдавалась в море. Ее верхушка выглядела так, словно по ней кто-то молотил гигантским топором. Камень расщепился, походил черт знает на что. В прибрежной зоне были разбросаны крохотные островки.

– Глуши мотор и приставай к Лотосу! – распорядился Вадим. – За мыс не заходить!

Мищук выключил двигатель. Судно медленно подходило к гигантской скале. Камень обрывался в воду. Волны умеренной высоты облизывали шершавый известняк, пузырилась пена.

Обозначилась терраса на уровне борта. От нее ответвлялся узкий проход в глубину скал.

Суденышко плавно подошло к тому, что трудно было назвать причалом. Заскрипели кранцы – использованные автомобильные покрышки, развешанные по борту. Швартоваться времени не было. Да и за что тут можно зацепиться?

Вадим схватил вещмешок с теплыми одеялами и повлек девушку за пределы судна.

«Я же не фашист, не стану тащить ее за собой в самое пекло. Пусть переждет. На обратном пути мы ее заберем», – решил капитан.

Юля не ожидала от него такого коварства, покраснела от возмущения, что-то лопотала, вырывалась, но он был неумолим.