Словосочетание «легкие волны тяжести» – это просто попытка объяснить: фрины умеют отправлять и принимать незначительные гравитационные возмущения пространства.

– Да, – подтвердил союзник.

– Слава богу, они пока не создали гравитационных орудий... – пробормотал Кочеванов. – Неприятно чувствовать себя мухой, которую изготовились прикончить тапкой.

Но командир «Москита» не позволил развить эту тему, просто Соболевский вдруг понял другое.

– Уарн! – воскликнул майор. – Ты сказал «волны легкие, почти неразличимые»! Ты видишь эти волны, посылаемые фринами?!

– Нет.

Да. Не вижу. Чувствую, – дрогл пытался отвечать максимально четко, в результате получалась каша из отрицаний и утверждений, но все поняли главный смысл.

Уарн чувствовал волны, испускаемые поисковыми системами врагов.

– Они знают, что мы приближаемся? – уточнил Соболевский.

Этот вопрос логично вытекал из того, о чем только что сказал дрогл.

– Да, – ответил Уарн.

Майор откинулся в кресле пилота, вытер пот со лба. Диспозиция перед началом смертельного поединка получалась неприятная. Люди оказались слепы и глухи, вернее, не сами люди, а их компьютерные и радиолокационные системы.

Фрины же прекрасно видели приближающийся корабль-разведчик.

– Однако Боря зашел в Угольный Мешок именно здесь... – Соболевский разговаривал сам с собой.

– Сильный радиосвет, – отозвался дрогл.

«Радиосвет...» – мысленно повторил майор, и вдруг будто вспышка возникла в голове! Командир «Москита» понял, почему Зуля двигался вдоль границы туманности зигзагами, отчего полез в Угольный Мешок именно в этой точке."

"Уарн! Соболевскому помог Уарн! Дрогл натолкнул его на правильную мысль!

– Так, я все понял!!! – с волнением в голосе произнес Кирилл и облизнул вмиг пересохшие губы.

 – Спасибо, Уарн!

– Не томи, командир, – попросил Кочеванов. – Восхищенные слушатели готовы разразиться аплодисментами. И даже подбрасывать вверх чепчики-шлемофоны.

– Все просто, ребята! – Соболевский засмеялся. – Что делает доктор, если пациент говорит: «У меня болит»? Врач начинает исследовать, прощупывать поврежденный участок тела, пытаясь установить очаг воспаления! Ну, догадались?!

Сильный радиосвет!!! Вот мы подошли поближе, и наши радиосистемы оглохли! Почему? Да потому, что мы оказались в зоне действия «глушилок» фринов! Вспомните, как поступал Зуля?! Он подходил ближе и отходил – в разных точках! Да он же проверял, на каком расстоянии от Угольного Мешка срабатывает полная блокировка! Он составлял радиокарту! Радиокарту уровней помехосигнала!

«Фантом» подходил к туманности с разных векторов, и Зуля наносил точки – где вражеская система срабатывает на большем удалении, где на меньшем.